Некровные узы

Зная сексуальные аппетиты Алекса, я задавалась вопросом, занимается ли он этим на стороне, и ответы в голову приходили самые неутешительные. За две недели он не предпринял ни одной попытки сблизиться, что наводило на мысль о том, что его физические потребности удовлетворены. От этого я злилась и сходила с ума ещё сильнее, всем видом пытаясь это продемонстрировать: скидывала его руки, когда он, по обыкновению, обнимал меня в постели, не притрагивалась к завтраку, зная, что Эйб ему обязательно об этом доложит, и стала приглашать домой Жаклин, которую Алекс открыто не мог терпеть.

Это было по-детски, но я просто не знала, как ещё показать, что меня не устраивает нынешнее положение вещей.

Вернувшись домой после занятий, я села на кровать и, по привычке, уткнулась в ноутбук. В моём одиночестве был один несомненный плюс: я много времени проводила в интернете, готовясь экзаменационным тестам. Едва я углубилась в чтение биографии модерниста Густава Климте, дверь в спальню с грохотом распахнулась.

Оторвав взгляд от экрана, я насторожённо следила за Алексом, который, кажется, был не в духе.

— Ты пропустила вчерашнюю встречу с отцом, — бросил он с ходу, не здороваясь. — Почему?

Вздёрнув подбородок, я скрестила руки на груди, и копируя его, вопросительно изогнула бровь.

— Хочешь сказать, что волнуешься за него? Тебе ведь всё равно, даже если он сгниёт в тюрьме на пожизненном сроке.

— Совершенно верно, Тина. Мне на него плевать. А вот тебе не должно.

— Он лгал мне всю мою жизнь.

Из-за него погиб невинный ребёнок. А, может быть, даже не один... — страшные слова, произнесённые Алексом в кабинете, снова зазвучали в голове, а вместе с ними перед глазами поплыли картинки окровавленного малыша, лежащего в пыли. Показная бравада в ту же секунду покинула меня, и голос зазвучал истерично: — Я не знаю этого человека. И никогда не хочу его больше видеть!

Алекс шагнул к кровати и положил на неё конверт.

— Это пропуск на повторное свидание. Каким бы ни был твой отец, он любит тебя.

Он старался дать тебе лучшее и воспитал достойным человеком. Встреча назначена завтра в десять. Придётся пропустить первую лекцию.

Небрежно отпихнув от себя конверт, я зашипела:

— Если так хочешь, пойди к нему сам. У вас много общего: вы лгуны, и я презираю вас обоих!

— Ты пойдёшь, Тина, — судя по по тому, как сжалась его челюсть, Алекс терял терпение. — Надеюсь, до свадьбы твоё презрение трансформируется в нечто более приятное.