Не ты

Огородила свою душу забором, обнесла колючей проволокой. Чик-чик, я в домике. И пофиг все.

— Че молчишь, Мура́?

И к этому она тоже привыкла. Стоило ей впасть в немилость у этих шакалов, как ее вполне пристойная кличка Му́ра (производная от Мурушкиной) превращалась в обидную Муру́. Ну, как — обидную? Это они так считали, ей же все было по боку. Ну, или она хотела, чтобы так было. Скорее второе, конечно.

— Эй, соска, ты че молчишь?! Или правда себя звездой возомнила? Не, ну, конечно, не каждое видео набирает столько лайков… Тут я согласен! Ну, так, и мы не чужие…"

"Маша застыла.

Из слов Антонова в мозгу отпечаталось только шипящее «сссоссска». Так бы, наверное, говорили змеи, если бы им был дан голос. Сссссосссска… Маша сглотнула и втянула голову в плечи. Дверь в класс резко распахнулась, с грохотом ударяя о стену. Чуть толкнешь посильнее — всегда так. Но ограничитель никто так и не догадался установить.

— Машка… Ну, слава богу! Ты куда пропала? Звоню тебе, и звоню…

— Что случилось, Лизетта? — отрешенным голосом поинтересовалась Мура у подоспевшей подруги.

— Маш…

— Да говори уже, чего тянуть?

— А ты сама… еще ничего не знаешь?

Маша закусила губу и покачала рыжей головой. Придурки из класса продолжали свой стеб, и с каждым их брошенным словом нервы девушки натягивались все сильней.

— Так, пошли на хрен отсюда… — Лизка схватила Муру за руку и под всеобщий смех потащила прочь из класса. А потом они шли по раскаленной на майском солнце улице и молчали.

Это была спасительная тишина. Вряд ли Маша была готова к правде…

— О каком видео трепался Антонов?

— Мур, ты только не парься сильно, ладно? Никто ж не знает, о ком там шла речь?

— Где — там?

— Да, на этом чертовом баттле. Я тебе говорила… Короч, там Рудый заводил… Ну, и… Ты только не обижайся, ладно? И близко к сердцу не принимай…

— Ага… ты к теме уже переходи, Лизетта. Мне к чему эти реверансы?

— Так вот.

Рудый вкатил, что у Севы телка страшная, как смерть, намекая на ваш с ним совместный уход… Мол, Севе только такие, страшные, и дают… Дерьморэпчик был, техничная тараторка…

— А Богатырев, что? — сглотнула Маша.

— А Богатырев — козел, Мура. Апнул темку… И себе давай. Нет, фристайл был хороший, сильный, но тема скользкая, понимаешь? И этот утырок накидал, что если бы Рудый знал, какая ты классная минетчица, то забрал бы свои слова обратно.