Не ты

— Понравилось? — спросил, дернув головой в сторону входа.

— Нормуль.

— Я тут выпал ненадолго из жизни. Расскажешь, что здесь да как?

Сева достал сигареты и, выбив одну, губами вытащил ту из пачки.

— Навряд ли. Я редкий гость в этой тусовке, Сев, так что… Давай, до скорого.

— Тебя подкинуть?

Дверь в клуб открылась, окатив их новой порцией шума. Мура отрицательно покачала головой.

— Подожди… — Всеволод сделал несколько дерганый шаг и ухватил Машу за руку.

— Лапы от нее убери, козел! — раздался яростной голос Лизетты.

Мура хмыкнула, разворачиваясь на звук. Наивно было полагать, что та отпустит ее так просто.

— Воу-воу… Придержи коней, подруга, — Богатырев выставил руки ладонями вперед, — че тебя так бомбит?

Проигнорировав Севу, Самойлова схватила Муру за руку, и потянула ту на себя.

— Эй, да что с тобой не так?

— Держись от нее подальше, понял?

— А ты с х*я ли здесь на меня свой маргарин вываливаешь?

— Да пошел ты, урод! — в порыве ярости Лизетта изо всех толкнула парня в грудь руками. Вообще-то, при обычных обстоятельствах хрупкая Лизка вряд ли могла причинить кому-то реальный вред.

А Сева… Он просто отступил, но не учел, что под ногами ступенька. Как в замедленной съемке Мура наблюдала, как в глазах парня появилось недоумение, которое в мгновение сменилось страхом. Он покачнулся и, нелепо взмахнув руками, повалился на спину. Маша присела, с ужасом глядя на ноги Богатырева, которые неестественно изогнулись, застряв в спущенных на бедра джинсах. Протезы. Вместо ног у него были протезы…

Глава 6

— Сева… — подползла ближе к лицу парня Мура, — Сева, ты как?

Он не отвечал.

Отвернулся в сторону и пытался встать. Чтобы хотя бы не лежа терпеть это унижение. Закрыл предплечьем лицо. Но это слабо помогало сдерживать клокочущие внутри эмоции.

— И че теперь делать? — тупила Лизетта, несколько дезориентированная случившимся.

— Пошла вон! — просипел Сева.

— Эй, ты… Полегче! Я, может, помочь хочу…

— В п**ду засунь свою помощь! — Его трясло. Его душили унижение и чувство черного абсолютного бессилия.

И слезы… Чертовы ни х*ра не мужественные слезы, подступившие к темным глазам, грозили вот-вот сорвать Севу в очередную истерику. Сколько их было за последние пару лет? Сколько их, мать его, было…

— Сева…

— Валите все.

— Слушай, че за тупой баттхёрт? Мы же помочь хотим… — снова влезла Лизетта.

— Пошла на х*й, ты, че, глухая?! — заорал Богатырев, — все пошли! — не выдержал — заскулил, при помощи рук и пятой точки отползая от них.