Фиктивная жена

Никогда не чувствовал себя настолько беспомощным овощем. Даже когда меня порезали, был в сознании.

Через какое-то время получается лишь пошевелить кончиками пальцев и прохрипеть. Снимите кто-нибудь эту чертову трубку! Слышу, как дверь распахивается. Тишина и звук быстрых удаляющихся шагов. Женский голос кого-то зовет, и в этот момент получается открыть глаза. Все плывет, но уже соображаю, что я в больнице и не в простой палате. Реанимация…

Память включается. Меня ранили. Какая-то тварь стреляла в спину. Дергаю рукой, чувствую боль.

— Добрый вечер, — со мной здоровается Михаил Дмитриевич, давний друг отца. Хирург и главврач клиники. — Дышим, сейчас уберу трубку.

Ну, наконец-то.

Легкие горят, горло дерет, но я с удовольствием глотаю кислород. Хриплю, словно простужен.

— Без резких движений, — берет меня за руку. — Сожми. Сильнее. Со всей силы.

Стискиваю его ладонь, насколько могу.

— Все, все. Хорошо, — усмехается Михаил Дмитриевич.

— Долго? — пытаюсь усмехнуться, но закашливаюсь."

"— Долго, если исключишь врагов, — отзывается мужчина. Тут он прав.

А потом начинается ад. Перевернуться не могу – швы на спине. Каждое движение отзывается опоясывающей болью. Одна капельница сменяет другую. Спать не разрешают, но дают обезболивающее. Ближе к ночи переводят в палату со специальным матрасом, где я могу лежать без боли.

Говорят, я был в отключке больше суток. Для меня эти сутки стерлись и пролетели как секунды.

Вкалывают очередную дозу обезболивающего и снотворное. Уплываю. Но прежде чем уснуть, вспоминаю лицо Миланы в машине по дороге в клинику. Такая испуганная, бледная, плачет беззвучно, и, черт побери, так красиво, нестрашно было умереть, смотря в ее глаза.

Но Мила сильная девочка. Что-то требовала от меня, сильно сжимая руку.

— Мирон, пожалуйста… Открой глаза! — Вот так… Смотри на меня, пожалуйста! Пожалуйста, смотри на меня, не закрывай глаза...

И я смотрел ей в глаза.

* * *Просыпаюсь, оттого что мою руку сжимает теплая ладошка. Еще не открыв глаза, только по запаху и теплому касанью определяю, что это она. Приятно. Боль возвращается, но уже не чувствую себя овощем. Открываю глаза и встречаюсь с таким чистым и обеспокоенным взглядом. Боже, хочу так каждый день просыпаться.