(не) сестра для бандита

Мы часто ездили раньше, а сейчас дел невпроворот. Он вообще парень простой, и вся эта музейность его, кстати, бесит. Хочет дизайн в стиле лофта или все под дерево.

Неосознанно представила, что я живу в тихом и уютном домике на краю деревни возле речки. Я почти могла ощущать запах леса и свежий аромат травы. Прямо видела себя на рассвете шагающей босиком по полю, покрытому росой. Всегда мечтала пожить в подобном месте. Но из размышлений меня выдернули достаточно быстро.

—Риток, ты всегда летаешь в облаках? Говорю, пошли пить чай, — Леша уверенно схватил меня за руку и потащил в просторный зал, а оттуда на кухню, обставленную по последнему слову техники.

Хотела ему помочь, но он быстро усадил меня за барную стоку со словами:

—Ты устала, я приготовлю! Дай угадаю, черный и сладкий?

Удивленно уставилась на него и утвердительно кивнула.

—Я сластена жуткая.

—Такой же.

Через пару минут мы уже во всю уплетали печенье с конфетами и травили шутки на всевозможные темы, а вот сколько прошло времени я не поняла, но все в одночасье прекратилось со словами, сказанными слишком громко и внезапно:

—А что здесь происходит, собственно говоря?

Я перевела взгляд вбок и заметила в проходе Тимура. Разъярен и зол, при этом еще и взлохмачен так, как будто он бежал от самой смерти. Взгляд темно-синих глаз остановился на мне, не предвещая ничего хорошего.

Глава 5

МАРГАРИТА

—Да вот, чай с твоей сестренкой пьем, — невозмутимо проворковал мой новый знакомый. Его, казалось, грозный вид моего «брата» не пугал совершенно. Леша все так же расслаблено поедал печенье, запивая его чаем.

Я же, в отличие от абсолютно спокойного Леши, продолжала сжиматься под испепеляющим взглядом Тимура. Откуда не возьмись появилось чувство вины, не привыкла я хозяйничать в чужом доме, да что там, я даже в доме дяди Кости чувствовала себя гостьей несмотря на то, что жили мы там с мамой уже довольно долго.

О чем я думала, когда согласилась на это чаепитие? Я ведь еще в первую встречу с Тимуром поняла, что он от нас с мамой не в восторге, а после того, как на него повесили ношу в виде меня родимой, он, наверное, и вовсе меня возненавидел.

—Да ладно, Тим, ты чего? – расплылся в улыбке Леша.