Не откажусь, девочка

  Надеюсь, за это время мы управимся.

Через неделю после выписки вернулся к делам. Мужчины меня поддержали, женщины настаивали, что мне нужно лежать, лениться и лопать булочки. Не понимали наши девочки, что мне некогда болеть.

Не нравилось, что Ахшар и братья Луны затаились.  Возможно, я ошибался, и они действительно думали лишь о спасении Тимура. Как только появился шанс на спасение мальчика, не прибегая к донорству Луны, они о ней забыли. Хотелось бы верить, но я привык доверять своему чутью, а оно требовало не расслабляться.

Я и не собирался.

Сегодня позвонил профессор Кривцов, предложил вечером встретиться. Об этом я сообщил только Тигру. Петрович уже уехал на работу, Луну пока не хотел обнадеживать, вдруг не получится привезти Тимура в Москву, расстроится. Каким бы дерьмовым человеком ни был Ахшар, о сыне он беспокоился. Надеюсь, что хоть в данном вопросе поступит разумно, а не будет действовать импульсивно.

— Здравствуйте, Павел Олегович, — вошел в кабинет, протянул руку доктору.

Невысокий мужчина с пышной седой шевелюрой поднялся навстречу. Цепкий серьезный взгляд, едва заметная улыбка. Узнал.

— Добрый день, — крепкое рукопожатие в ответ, хотя с первого взгляда на руки и не скажешь, что в них столько силы. — Сегодня я общался со старшим сыном Сулейманова, сам он не может приехать, причина мне неизвестна.

Зато мне известна. Он до сих пор в розыске, поэтому и не хочет светиться. Затаился.

— Результаты обследований я получил несколько дней назад.

Как мы и договаривались, настоятельно рекомендовал семье Сулеймановых привезти ребенка в нашу клинику. И дело не только в нашем с вами договоре.  Я действительно считаю, что для ребенка так будет лучше. У нас большой опыт работы с такими пациентами. Есть несколько вариантов развития событий, мы готовы к любому из них, — слова профессора вызывали тревогу. Луне об этом не стоит пока говорить, и так постоянно переживает. — Операция предстоит серьезная, долгий этап реабилитации. Насчет второй почки прогноз дать не могу. Хотя, насколько я понял, ребенка они хотят лечить в Китае.

— Мы слышали об этом.

— Завтра мне дадут ответ. Они хотят подумать, посовещаться.

«Что думать и совещаться, мальчика нужно спасать!»

— Время играет не на нашей стороне, Сулеймановых я предупредил.

— Спасибо вам, Павел Олегович. Как только вы получите ответ, сообщите, пожалуйста.

Вернулся я в дом Тигиевых только к вечеру.