(Не) мой наследник

Это же все из-за Никитушки, я понимаю и…

– Я сам знаю, что и как мне делать, – отвечает Ник, сдёргивая халат с моих плеч.

Я вскидываю руки, пытаясь прикрыться. Глупо, но жест получается инстинктивным. Ник отводит мои дрожащие руки и открывает взгляду мои прелести. Он не смотрит – словно облизывает меня глазами, задерживая взор на грудях и животе. Кажется, еще секунда и я расплавлюсь от его взгляда, пробирающего до костей. Или рассыплюсь на кусочки…

– Ты прекрасна, – шепчет он и накрывает мои губы своими. Целует, выбивая из меня предательский стон.

Я стою как истукан, позволяя Никите себя ласкать. И не решаюсь прикоснуться к нему… Не могу переступить разделяющую нас черту из времени и условностей. Знаю, что веду себя неразумно и странно, но не могу ничего с собой поделать.

«Все это ради Никитушки… Все только из-за него…», – убеждаю себя мысленно. Или нахожу оправдание своему проснувшемуся желанию.

Не дождавшись ответа, Никита подхватывает меня на руки и несет к кровати.

– Ник… – из моей груди вырывается всхлип.

– Все хорошо, слышишь? Не бойся.

Кожи касается прохладный хлопок простыней. Потолок кружится перед глазами от жадных мужских прикосновений. Никита неторопливо целует мои губы, побуждая ответить.

– Золотко, пожалуйста, ответь… – шепчет он, нависая надо мной.

Господи, я почти не дышу… Всхлипываю и притягиваю его к себе. Мой Ник… Любимый, как же долго я о тебе помнила… Сколько времени я плакала, скучая по тебе… Гладила растущий беременный живот и вспоминала твои глаза.

– Ники… – шепчу бессвязно, царапая его плечи и касаясь губами упругой кожи.

Закрываю глаза, растворяясь в ощущениях. Никита целует мои плечи, груди, спускается к животу, ниже… Встречает удивленный вздох и широко разводит мои ноги, даря ласку, которую так любит сам… Мы ничего не говорим о чувствах, но это ни черта не похоже на долг… Мне никогда не было так хорошо. Воздух наполняется звуками страсти и нашими стонами.

– Не уходи…

– Я сейчас вернусь, мне нужно в душ.

– Нет. Полежи вот так…"

"– Опять что-то вычитал, Гончаров? – отвожу от лица влажные пряди и отвечаю хрипло.

– Да, всякие дурацкие статейки. Полежи пять минут. А лучше десять.

Его большая горячая ладонь накрывает мой живот, а дыхание согревает висок… Но все окружающие звуки застилает громкий звук трепещущего в груди сердца…

Глава 31

Никита.