(Не) мой наследник

– Как тебе Красная поляна?

– Никита! – возмущаюсь я. – Давай дождемся результатов анализов? Может, у нас все не так радужно, как мы думаем.

– Все там замечательно. Я уверен. Ну что… В «Шоколадный пончик»?

– Ты можешь отвезти меня домой, я позавтракаю там и…

– Одевайся, Белоцерковская. И не спорь… Нам поговорить надо.

Глава 21

Никита.

Она медленно мешает сахар в чашке, опустив взгляд и прикусив нижнюю губу, а я с трудом сдерживаю растущий внутри ураган. Во мне мешаются желания извиниться за прошлое и обвинить ее в укрывательстве сына.

– Злата, прости меня, – выдавливаю хрипло, неловко касаясь ее рук.

Златка одергивает их, словно обжегшись. Черт… Неужели, я настолько ей неприятен?

– Не знаю, Никит… – все так же смотря куда угодно, только не на меня, отвечает она. – Ты трусливо сбежал, оставив меня одну. Я потом… Я поняла, что жду ребенка и даже сообщить тебе не смогла.

– Прости… Я был уверен, что этот мерзкий тип… Вадим, кажется, сделает все, чтобы выставить крайним меня. Тогда все пошло бы прахом – Америка, мои мечты…

– Конечно, – остервенело разламывая стик сахара, произносит она. – Твои мечты куда важнее, чем… Чем…

– Прости, – повторяю, как попугай. – Я струсил. Я был неправ, Злат. Если бы ты знала, как я жалел о своем поступке. Я ведь…

– Удалился из соцсетей, выбросил симкарту, да, Ник? И как, по-твоему, я должна была сообщить тебе о беременности? – надтреснуто произносит Злата.

– Ты бы могла найти Степку! Боже, что я несу… – замолкаю, встречая ее гневный взгляд. – Злата, я все сделаю для Никитушки… Все, что смогу и даже больше. Я…

– Ладно, Никит. Ни к чему этот разговор… Слишком больно. И ничего не исправишь уже. Так что…

Официант прерывает наш разговор, расставляя на столе тарелки с шоколадным фонданом и сырниками.

– Злата, я помогу твоему папе. Расскажи, сколько ему дали, какая статья и… Все подробности.

Злата словно скукоживается. Втягивает голову в плечи и опускает взгляд. Понимаю, ей стыдно… И до чертиков больно… И ей гораздо больнее окунаться в прошлое, чем мне… Нутро заполняет холод при мысли о том, через что ей пришлось пройти. Мне ведь никто ничего не говорил… Наверное, дело Белоцерковского держалось в строгом секрете, потому что никакой информации в интернете я тогда не нашел… И наивно решил, что Леониду удалось откупиться от тюрьмы.