(Не) мой наследник

Пусть обижается подольше, пока я решу свои дела…

– Кошмар! Заедешь за мной? Какой, говоришь, РОВД?

– Центральный. К ресторану подъехать? Обещаю, потом я с тобой пообедаю и поговорю по душам.

– Не обещай, Ники. Ты сейчас увидишь Злату и забудешь обо всем.

Фыркаю в ответ и разворачиваюсь на проспекте Мира. К ресторану я подъезжаю через полчаса. Жму Роберту руку и еду по нужному адресу.

– Начальник РОВД пару раз ко мне захаживал, так что… Я приготовил конверт, – Роб похлопывает по нагрудному карману.

– Не выдумывай, у меня есть с собой деньги, – перебиваю его я.

 – Давай положим мои. Не стоит тебе тратиться, это же посторонний тебе человек, а я…

– А тебе, Ник? Посторонняя? – осторожно спрашивает он.

– Не знаю, Роб. Так что, идем? – заглушаю двигатель на парковке возле РОВД.

– Разговаривать буду я. Ты здесь человек чужой, не местный. Мало того, американец. Я договорюсь и уеду, а ты лавры собирай, – важничает Роб.

– Как это лавры? Ты о чем? Я не собираюсь умалять твою роль и…

– Ники, перестань.

Злате будет гораздо спокойнее знать, что ее спас ты. Пошли, давай.

Роберт спрашивает у охраны, где сидит начальство. Просит меня подождать в коридоре, но я проявляю недюжинное упрямство и вхожу в кабинет вместе с ним. Ему приходится представить меня – «перспективного бизнесмена и владельца самого удобного приложения в телефоне». Начальник непонимающе хлопает глазами, но конверт берет.

– Вы уж поговорите с ней, Никита Федорович, – басит он, прикрывая деньги бумагами.

 – Нельзя так себя вести. А еще мать… Она камеру превратила в болото, плакала всю ночь.

– Обещаю, что такого больше никогда не будет, – тараторю, испепеляя начальника взглядом. – Так вы ее…

– Иванченко! – кричит начальник. – Белоцерковскую с вещами на выход.

– А допрос?

– На выход я сказал и бумаги уничтожить. Ждите в коридоре, сейчас вашу девушку приведут, – а это уже бросает нам.

Мы с Робом послушно выполняем просьбу начальника, а через минуту в коридоре появляется она… Сердце замирает на мгновенье, а потом пускается в галоп.

Почти не изменилась… Такая же худенькая, хрупкая и беззащитная. И ей по-прежнему отчаянно хочется верить, только одного желания мало… Она вышла замуж, стоило мне уехать. И нет, она не забывала слова любви, Злата поменяла адресата. Слова вроде бы те же, а человек другой, не я… Что они, интересное для нее значили?

– Привет, – здороваемся мы с Робом, подойдя ближе.

– Спасибо… большое, – шепчет она хрипло.