(Не) мой наследник

– Почему Дана? Небось, твоя первая любовь? – прищуриваюсь подозрительно.

– Нет, просто нравится имя. Как тебе?

– Гончаров, нам сейчас это надо обсуждать?

– Я просто хочу тебя отвлечь, Золотко. Никитушку уже надо будить?

– Да. Сейчас Алина Евгеньевна поставит ему капельницу. Нам надо его одеть и посадить на горшок. Ник?

– Да.

– А ты останешься с нами в Израиле? Хотя нет… Наверное, тебе работать надо?

– Ненадолго останусь, Злат. Мне нужно все-таки вернуться до начала слушаний. Либерман хочет, чтобы твоего папу освободили.

Он отсидел достаточный срок, а по остальным статьям мы хотим снять обвинения.

– Я буду очень рада, Ник. Папе будет сложно возвращаться в никуда… Ни дома, ни денег… – протяжно вздыхаю.

– Зато голова хорошо работает. Леонид Сергеевич зарегистрирует фирму и начнет работать. Я буду ему помогать первое время. Ничего, Золотко, выкрутимся.

– Спасибо тебе, Ник… Давай будить Никитушку.

Сердце переполняет радость. Ловлю себя на мысли, что ее все-таки больше… А еще надежды.

У человека можно отнять все, но он будет верить в любовь и надеяться… Мое настроение передается сыночку. Никитка мужественно терпит, когда санитары грузят его на носилки. Спрашивает о погоде в Израиле и деловито сообщает, чем будет заниматься, когда вернется домой. Мне останется лишь улыбнуться в ответ… Смахнуть слезы радости и потрепать сынишку по щекам.

– Мамуль, а я никогда не летал на самолетах. Это так стлашно, да? А мы на моле поедем? Ну… Другое моле, а то, где живет папа?

– Поедем, солнышко.

Папа нас пригласит и мы поедем. Ты увидишь океан, а еще папа свозит тебя в университет, где он учился. Там много-много домов, и в каждом что-то изобретают.

– Понятно. Я хосю быть, как папа. А когда сестленка лодится?

– Ты думаешь, там девочка? – удивленно вскидываю бровь. Я убью Гончарова! Когда он успел обсудить это с Никитушкой?

– Мне сон плиснился. Я и девочка гуляем на белегу моля. Но это не наше моле, а папино. Мам, я устал говолить.

– Отдохни, сыночек.

Как бы и я хотела, чтобы сон Никитушки сбылся… Хочу гулять по теплому песчаному берегу океана и быть счастливой. И я совсем не считаю, что счастливая жизнь безоблачна. Наверняка я буду плакать, радоваться, сердится, ругаться, скандалить… Но все это я хочу делать, глядя на любимых. Глядя в его глаза – большие и карие… Те, в которых утонула в первую нашу встречу.

Никита и Габи относят паспорта на регистрацию, а нас пропускают прямо на взлетную полосу.