Назад в СССР 6

Два раза…

— Есть еще пара вопросов, — строго заметил я.

— Сейчас, я не одета, подождите минуту.

Дверь захлопнулась, тапочки прошлепали вглубь квартиры.

Прошла минута, вторая. Наконец дверь снова распахнулась (на этот раз широко). На пороге стояла девушка в легком голубом халатике из буржуйского шелка. Тонкая ткань не могла скрыть выпирающие прелести. Девушка все куталась в кружева и оттягивала халатик вниз, будто хотела его растянуть, чтобы скрыть бедра до самых колен.

Погодин застыл в пороге, уставившись на хозяйку, чуть отвесив челюсть.

— Проходите, — попятилась девушка.

Мы разулись и прошли в зал. Уселись на предложенный диван. В квартире, по советским меркам — недурно. Даже богато. Сервант в статуэтках. Как и положено, хрусталь и гжель продавливает полки за стеклом румынской “стенки”. Обои в прихожей в модный “кирпичик”, в зале — в безвкусную, но дорогую полоску.

К дивану приблизился черный лоснящийся кот. Он злобно глянул на нас, дескать, место его заняли, и чинно удалился в спальню, распушив хвост.

— Ксения Александровна, — начал я. — У вашего мужа были недоброжелатели? Кто-нибудь ему угрожал?

— Я уже все сказала товарищам из милиции, — всплеснула она руками, будто оправдывалась.

Странно. У нее супруга убили, а она, такое ощущение, что нас опасается.

— Если несложно, повторите и нам. Мы из другого отдела. Хотим услышать все из первых уст, так сказать.

— Не было у него врагов, — зашмыгала носом девушка. — Разве что ваши коллеги, бывало, задерживали его.

— Кто?

— Не знаю.

— За фарцу срок предусмотрен, — я постучал ногтями по подлокотнику дивана, отделанному под красное дерево. — Как же ваш муж после задержаний отделывался лишь ночкой в КПЗ?

— Не знаю, — растерянно развела руками женщина. — Демьян ничего не рассказывал о своих делах. Только сетовал иногда, что платить теперь надо больше.

— Кому платить? — насторожился я.

— Ой, я, наверное, лишнего сболтнула, — Гребешкова зажала рот рукой, будто это могло вернуть ее слова.

— Нас не интересуют махинации вашего супруга. Это все в прошлом. Убийство — более тяжкое преступление. Кому и за что платил ваш муж?

— Так вам же и платил.

— Как – нам? — поперхнулся Погодин.

Глава 10

— Ну, не вам конкретно, — пожала плечами вдова Гребешкова, — но тоже милиционерам.

— Каким еще милиционерам? — задохнулся от возмущения Федя.