Назад в СССР 6

— Досадно, — Горохов в задумчивости зажевал кончик красного галстука в белый горошек, потом опомнился и поспешил его выплюнуть. — Какие мысли, товарищи?

— Никита Егорович, — я встал для пущей значимости. — Важно вот, что. Трое человек, что принимали участие в осмотре места происшествия почти двухгодичной давности — мертвы. Дубов, понятой Печенкин и судмед Востриков, которого в служебных кругах называли дядя Леня. Уверен, что какая-то связь между их смертями должна быть.

— Ну, пенсионера Вострикова не убили, — отмахнулся Горохов.

— Сам говорил, что это несчастный случай.

— Согласен, — кивнул я. — Но как-то странно все это… Я бы проверил одного человека.

Горохов громко, напоказ хмыкнул."

"— Дай угадаю… Гошу Индия? Думаешь, он спустя время слетел с катушек и стал убирать всех, кто тогда был на месте убийства его дочери?

— Звучит неправдоподобно, но проверить его не мешало бы. Хотя бы для того, чтобы отмести. Для успокоения, так сказать.

— И что ты предлагаешь?

— Есть у меня мысль… Встречусь с ним сегодня в “Октябре”.

***

Полумрак ресторанного зала стелился табачным дымом и завыванием одинокого саксофона. Я сидел на диванчике и потягивал вино. Гоша еле сдерживал улыбку, рад был меня видеть. Что-то лениво рассказывал о последних событиях в городе. Знал бы он, зачем я здесь на самом деле, так бы не радовался.

— Ну ты чего молчишь, Курсант? — ткнул он меня по-свойски плечом, подливая вина в бокал.

Тогда я без лишних объяснений вытащил фотку алкаша Печенкина и положил перед ним на стол:

— Тебе знаком этот человек?

Гоша повертел фото в руках, почесал лоб:

— Морда вроде знакомая, но не помню, где я его видеть мог.

А что? В розыске фраер?

— Нет, проехали.

Дзинь! Мы чокнулись. Сегодня Гоша перешел на вино, почему-то изменив излюбленному коньяку. Мы опустошили сначала одну бутылку, потом вторую. Закусили креветками и нарезкой сыра.

— Я в туалет, — Гоша, наконец, встал и направился в противоположную часть зала.

Я проводил его взглядом. Охранник отвернулся, скучающе подпирал белокаменную колонну.

Подождав, пока Гоша скроется из виду, я вытащил платок и аккуратно завернул в него Гошин фужер. Сунул в недра пиджака, благо советские костюмы отличались объемом, и посудина из внутреннего кармана совсем не выпирала. Вместо “похищенного” бокала я поставил другой и окропил его дно красными каплями “Киндзмараули”. Надеюсь, Гоша не считает бокалы, на этом столе их целое море.

— Что-то ты хмурый какой-то, — он вернулся минут через пять и похлопал меня по плечу.