Назад в СССР 6

— Э-э… Ты смотри, я тебе развернусь.

— Да я не в плане воровства, гражданин начальник. Я ж про работу.

— А-а… Ну это другое дело. Только когда пойдешь устраиваться, побрейся и перегар петрушкой зажуй. А лучше вообще завязывай с выпивкой.

— Это можно, — кивнул Егорка, – петрушки здесь полно…

***

— Предлагаю возбудить дело о покушении на сотрудников милиции! — громыхал Горохов. — Совсем охренели! Среди бела дня!

— Ночью это было, Никита Егорович, — пытался я урезонить праведный гнев шефа.

— Да какая разница? Я бы их всех!

Бам! Карандашница на столе следователя подпрыгнула от удара кулака.

Бам! От второго — вжалась в угол, грозя свалиться на пол.

— Никита Егорович, — продолжал увещевать я Горохова. — Скорее всего, поджог не связан с покушением на наши жизни.

— Это почему же?

— Дверь была не подперта.

— А может, не успели? Вспугнул, может, кто-то?

— Не исключаю, — закивал я. — Но пока возбуждать по такой статье рано.

— Послушай, Андрей Григорьевич, я правильно понял? Поправь, если что не так.

Двое моих сотрудников находились при исполнении в дачном поселке. У них украли бензин. Потом вместо бензина залили солярку. По ошибке якобы. Потом они остались ночевать в пустом домике, который этой же самой ночью подожгли? Я все правильно изложил?

— Так точно, если вкратце, то да.

— Что значит, если вкратце? — у Горохова аж нос покраснел и глаз дернулся. — Я еще чего-то не знаю?

— Ну, там мы еще Тишку спасали и Егорку воспитывали.

— А-а… — смягчился шеф, — ну, детям помогать надо.

Так вот… Не верю я в цепочку таких совпадений. Как говорил Брониславский, не верю!

— Станиславский…

— Чего?

— Так говорил Станиславский.

— Да, хоть Милославский, какая разница?

— Согласен, Никита Егорович, но если поджигали именно сотрудников, то злодеи ждут репрессий с нашей стороны.

— И они будут. Я их обещаю.

— А если их не будет, то злоумышленник будет сбит с толку. Значит, что-то пошло не по его плану. Появится шанс, что в следующем своем ходу он ошибется…

Горохов пододвинул от края стола поближе к себе многострадальную карандашницу.

Та радостно блеснула золоченым боком.

— Может, ты и прав, Петров… — задумчиво пробормотал Горохов. — Если хочешь обыграть соперника, надо сбить его с толку. Если противник не может тебя просчитать — то это уже половина победы.

— Это вы хорошо придумали, Никита Егорович, — закивал Катков, конспектируя в свой рабочий блокнот цитаты от Горохова.

— Алеша, — переключился на него шеф.