Назад в СССР 5

В общем, в четырнадцать лет слабость напала. Уж каким только врачам она ее не показывала, какими только лекарствами она ее не пичкала. Все одно не помогает.

— А врачи что говорят?

— Что все нормально, мамаша, не беспокойтесь. Бывает такое в переходном возрасте, мол, организм растет и перестраивается, гормоны и прочие казусы в кровь выбрасываются. Потерпите, все пройдет.

— Может, и правда? — я задумчиво поскреб отросшую щетину на подбородке. — Возраст такой…

Не хватало ещё мне тут начать разбираться в медицине, чтобы отличить россказни и страхи от реального бедствия.

— Да какой – такой? — всплеснула тем временем руками Людмила Петровна. — Я в энтом переходном возрасте своем за сохой и бороной ходила. Сено косила, коров доила и ни о какой слабости и не помышляла даже. Вот думаю, все-таки метка эта бесова как бы в Верину квартиру не перекинулась. Они же за стенкой от Кирьяновых живут. Чует мое сердце, погань черная там теперь…

— Сказки все это, — поморщился я, — спасибо за вам уделенное время, Людмила Петровна, за чай с булочками.

— Не веришь, значит, — опустила худенькие плечики старушка, кутаясь в шаль. — А зря… Своими глазами я пятно это видела… Ума не приложу, куда оно делось… А Ирку жалко. Девчонка учится хорошо и на скрипке играет. Но сейчас уже не пиликает давно…

— Почему?

— Так болеет же, говорю."

"Смутные сомнения закрались в мою душу. Что-то явно здесь не так. Вымерла целая семья за короткое время. Странная бабуля твердит про злых духов, но в то же время соседская девочка чахнет.

— Пожалуй, я наведаюсь к Вере, – окликнул я Людмилу Петровну, которая уже решительно шаркала к себе. – Как она с гостями незваными обращается, не знаете? Поможете контакт с ней наладить? Вам-то она откроет.

— Нет, уж! — фыркнула бабушка. — Дальше сам. Не веришь мне, вот и иди один.

— И вам до свидания, Людмила Петровна.

Бабулька явно на меня обиделась и поспешила скрыться в своей квартире, а я позвонил в соседнюю под номером четырнадцать. Дверной глазок внимательно меня осмотрел. Я это нутром чувствовал и видел по погасшему блику в его центре. Но мне никто не открывал. Я постучал еще раз. Деликатно, но настойчиво. Дверь откинулась на цепочке, и в щели появилась уставшее женское лицо с темными кругами под потухшими глазами:

— Что вам нужно?

— Извините, — я достал удостоверение.