Назад в СССР 5

Я поежился:

— Почему здесь так холодно?

— Потому что смерть поселилась, — на полном серьезе выдала бабуля и многозначительно на меня посмотрела, будто хотела, чтобы я проникся всей этой мистической хренью. Я, конечно, не верю в темные силы, но дыма без огня не бывает. И потом, как-то же я попал в прошлое. Значит, существует все-таки нечто, что находится за гранью понимания.

Мы прошли в зал. Просторная комната с диваном, на тумбочке “Рубин” с выдвижными рожками комнатной антенны. Сервант с хрусталем и фотографиями за стеклом.

Бабуля огляделась, подошла к стене и осторожно потрогала ее:

— Ничего не пойму, здесь бесова метка была, а теперь нет ее!

— Как – нет? — я внимательно разглядывал гладь обоев. — Куда же она делась? Сами же говорили, что проявляется сквозь бумагу и краску.

— А я откуда знаю. Бесовщина, одним словом, — Людмила Петровна перекрестилась. — Пойдем, парниша, отсюда скорее. Что-то на душе неспокойно.

— Подождите, — я вертел головой в поисках метки, не выдумала же она ее, в самом деле. — Может, вы комнаты перепутали?"

"— В зале пятно было, — заверила бабушка. — возле телевизора. А сейчас там нет ничего. И следа даже никакого…

Но я на полпути останавливаться не привык, да и без всякого пятна, или метки, я собирался сюда попасть и оглядеться.

— Давайте на всякий случай осмотрим остальные комнаты, – настоял поэтому я. Спорить с милиционером дама не стала.

Спальни и детская, однако, тоже оказались с мебелью.

— Странно, — удивился я. — А почему родственники вещи не забрали? Неужели нет никого у Кирьяновых?

— Потому что вещи порчены. Нельзя ничего нести в дом из квартиры такой. Вот и боятся люди отсюда что-то забирать. Да вообще, заходить сюда опасаются.

— А вы почему не боитесь? Уж не ведьма ли вы сами? — пошутил я.

— Мать у меня ворожила, а я так, балуюсь иногда, — на полном серьезе ответила бабушка. — Старая я уже, чтобы смерти бояться.

— Ну не скажите, вы еще бодрячком. Сколько вам? Шестьдесят? — спросил я, намеренно занизив возраст бабульки примерно на десяток лет, чтобы вышел комплимент какой нужно, но все равно не рассчитал.

— Восемьдесят три.

— Ого, — присвистнул я.