Нам нельзя

Перепуганная Бахря кинулась следом за мной, с трудом закидывая своё розовое брюшко на ступеньки лестницы.

Теперь я знала ещё один плюс раннего брака. По крайней мере, знаешь, с кем связываешься. А мужик с «багажом» – большая тёмная бутылка."

"Мои сёстры, оказавшись в новом месте, притихли. На них были одинаковые розовые комбинезончики, как у близнецов. Но они были двойняшками. Одна белокурая и кареглазая, а другая с тёмным клочком волос и голубоглазая.

Я сфоткала их и отправила Трэшу.

«Смотри, наши дети».

«Забираю, запаковывай) Как их зовут?» – тут же пришёл ответ.

«Эвелина и Элеонора»

Такие имена, по мнению Светы, должны быть у будущих жён миллиардеров.

«Эвелина Никитична и Элеонора Никитична. Осталось ещё двух парней заделать. Эмиля и Эммануэля. Вышли селфи».

Я недолго думая, выслала ему фото, где стою в белом халатике вся красная.

«Киса! Хочу тебя!»

«Хоти».

«Погоди! Где мой подарок?»

В этом весь Трэш. Не увидел у меня на шее подаренного котёнка.

Вот, как тут не влюбиться! Когда к тебе с особым вниманием относятся!

«Это старое фото. Сейчас с сёстрами занята».

Надо уяснить, что ему лучше не врать.

Телефон гремел сообщениями. Но я прилегла рядом с малышками. Наверно, вот таким, как моя Света, достаются такие младенцы. Конечно, плачут, но не всегда. А у Светы ещё язык поворачивается, орать, что сдаст их в приют.

Они уснули, как только я дала им соски. И Бахря на полу спала.

Полная комната детей и все спят!

Света успокоилась.

Когда я сидела за столом и делала уроки, маман соизволила прийти. Она выглядела побитой собачкой. Измотанной и несчастной. Села на край кровати, упёршись взглядом в спящего щенка.

– Слышала? – спросила она.

– Ну, и?

– Вылетим с тобой на улицу, если он захочет.

– Дети на него записаны?

– Да.

– Значит, имеют долю в этом доме.

Она кивнула:

– Пусть у тебя поспят.

Я надела наушники со спокойной музыкой, потому что снизу доносились звуки взрослого примирения. Села за стол так, чтобы видеть младенцев.

За окном над густым черным лесом раскинулось красивое небо, усыпанное яркими звёздочками. Луны не было видно из моего окна, но её холодное присутствие выражалось в красках. Глубокий чёрно-фиолетовый оттенок имело небо. Завораживающе и красиво.