На воле

В сравнении с левыми доходами других чиновников он не так уж и богат, но, судя по всему, лучшей доли не ищет и жизнь его вполне устраивает.

– Николай Валерьянович, это ты назвал сильные черты его характера, меня же интересуют слабости.

– Слабости? – Чижевский на секунду задумался. – Привязанность! Он очень сошелся с Платоновым и теперь бегает за ним, как собачонка.

– Неплохо. Возможно, нам это пригодится. Как ты думаешь, он способен работать прямо на нас, в обход Платонова?

– Сложный вопрос.

– Жаль, нам очень пригодилась бы его помощь. И вообще поддержка в Думе никогда не помешает. Как по-твоему, Николай Валерьянович?

Чижевский давно усвоил, что Варяг никогда не интересовался чужим мнением просто так. Наверняка он уже принял какое-то решение и ждет подтверждения своим выводам.

– Конечно, Владислав Геннадьевич, мы копаем в этом направлении. Кое-кого уже привлекли на свою сторону.

Варяг не спешил. Иногда он останавливался, чтобы посмотреть, как рыбаки с длинными тонкими удочками в руках, замерев над гранитным парапетом, пытаются подсечь неосторожную рыбку.

– Я вот что тебе скажу, полковник, – заговорил наконец Варяг, – действуешь ты верно, но меня интересует Заварзин. Со своей стороны я тоже наводил о нем кое-какие справки. Кроме того, что он умеет брюхатить юных девиц, в кумовьях у него состоит заместитель председателя верхней палаты.

Чижевский замедлил шаг. Варяг мгновенно обратил внимание на перемену в настроении полковника.

– Что-нибудь хочешь добавить, Николай Валерьянович?

– А как поступить, если он все-таки не согласится?

– Ты меня начинаешь удивлять, Николай Валерьянович. Неужели мне учить бывшего полковника КГБ?

С Москвы-реки подул сильный ветер, который мгновенно растрепал аккуратную прическу Варяга и сделал его похожим на задиристого мальчишку.

– Я все понял. Разрешите выполнять, Владислав Геннадьевич? – почти по-уставному спросил полковник.

– Сколько уже лет прошло, а военная косточка по– прежнему в тебе сидит, – не то похвалил, не то укорил его Варяг. – Выполняй.

Глава 22

Павел Петрович Заварзин поставил машину на сигнализацию и затопал от стоянки прочь.