На воле

Жизнь – суровая вещь, это не партия в шахматы, которую можно отложить, и сейчас Гном чувствовал, что ему ставят мат, позорно загоняя в угол доски, словно к параше.

– Возможно, ты неплохой собеседник, но у меня сегодня нет никакого желания вести долгие дебаты, – поморщился Колян.

Он достал из кармана короткоствольный «глок-18». Удобство этой модели заключалось в том, что на ствол навинчивался штатный глушитель. При выстреле раздается хлопок, словно откупорили бутылку шампанского, а соседи за стеной с завистью думают, что попойка набирает обороты.

Спокойными движениями Колян принялся навинчивать глушитель. Гном стоял под прицелом пяти стволов. Неожиданно он улыбнулся.

– Чему ты так радуешься? – удивленно спросил Колян. Самообладание Гнома вызывало уважение.

– Интересно, какая из этих игрушек меня продырявит первой?

– Неужели ты хочешь умереть так быстро? – бесцветным голосом спросил Колян. – Ты не выглядишь больным, а твоему цвету лица могут позавидовать даже фотомодели. С таким здоровьем, как у тебя, люди живут не менее восьмидесяти пяти лет.

Глаза Коляна блеснули каким-то дьявольским огнем. Ствол «глюка» качнулся и уставился прямо в переносицу Гнома.

– Забавно. И какую же? – хмуро поинтересовался авторитет. – Скинуть меня с шестого этажа вниз головой, чтобы вся московская общественность поверила в то, что моя тонкая натура не выдержала нервных стрессов?

Радченко ответил не сразу. Он все еще надеялся, что авторитет сломается: если уж не кинется в ноги своим палачам, так хотя бы попытается поторговаться.

– А ты веселый парень. Нет, мы с тобой поступим по-другому. Так как ты очень бережешь свое здоровье и, собираясь ко мне на встречу, не позабыл даже надеть бронежилет, я предлагаю тебе забавную игру «Пятый угол». Приходилось слышать о такой? Только вместо кулаков на этот раз будут наши пушки. Что с тобой? – участливо поинтересовался Радченко.

Радченко опустил пистолет на уровень груди Гнома и нажал на курок. Раздался хлопок, Гном вскрикнул и опрокинулся на спину. Он с трудом поднялся, держась обеими руками за ушибленное место и, обращаясь к Коляну, процедил сквозь зубы:

– Что ты делаешь, падла?! За все ответишь. Я тебя, суку…

Вторая пуля угодила Гному в спину. Это стрелял Угрюмый.