Бумажная принцесса

Пишут краской грубости на твоем шкафчике, ставят подножки в коридорах, смешивают с грязью в соцсетях. Джордан и ее миньоны не особо креативны.

– Значит, она женский эквивалент Рида, так?

– Так точно. И если бы это зависело от нее, она бы каждый день висела у него на шее и проводила бы с ним каждую ночь, но, к сожалению, моя бедная кузина никак не может добиться его расположения.

Я фыркаю.

– Как так получается, что ты знаешь все обо всех?

Валери пожимает плечами.

– Я наблюдаю. Я слушаю. Я запоминаю.

– Ладно.

Моя новая подруга издает стон.

– О, только не говори мне, что ты уже на кого-то запала.

– Фу. Ни за что. – Я заставляю себя не думать о том, как сильно начинает биться мое сердце всякий раз, когда я вижу Рида. Нет, черт побери, я не влюбилась в этого парня! Он козел, и я не хочу иметь с ним ничего общего. – Мне просто хочется знать, с чем я столкнулась.

Она расслабляется."

"– Ладно. Что ж, я уже рассказала тебе про Истона и Клэр. У одного из близнецов есть девушка, а второй – такой же бабник, как и его братья. Насчет Рида я не уверена. Половина девчонок в школе заявляют, что переспали с ним, но говорят ли они правду – кто знает. Я точно знаю только об одной, Эбби – это подруга Джордан, и, поверь, моя кузина была совсем не рада этой интрижке.

– Что еще? Скандалы? Слухи? – Я чувствую себя детективом, допрашивающим подозреваемого.

– Их отец встречается с какой-то дешевкой. По-моему, уже года два.

В памяти тут же всплывают шалости Брук и Каллума за ужином.

– Про его подружку я уже все знаю, – вздохнув, отвечаю я.

– Ладно… что еще… их мать умерла относительно недавно. – Валери понижает голос до шепота. – От передозировки.

У меня перехватывает дыхание.

– Серьезно?

– О да. Об этом орали во всех выпусках новостей и писали во всех газетах. Думаю, ей выписали какое-то снотворное или типа того, которое оказалось несовместимым с другими лекарствами, которые она принимала.

Я невольно начинаю сопереживать Ройалам всем сердцем. В гостиной на каминной полке стоят фотографии их матери. Она была красивой брюнеткой с добрыми глазами. Каждый раз, когда Каллум упоминает о ней, в его взгляде появляется тоска, и мне кажется, он по-настоящему любил ее.