Моя новая маска

И хотя путешествовать нам пришлось целым табором, с бонной, горничными и огромной кучей багажа, дважды менять поезда и проторчать на одном из вокзалов почти четыре часа в самую жару, две с лишним недели на море доставили столько радости детям, что я ни о чем не пожалела.

А по возвращении с курорта меня ждало то самое приглашение, и мы, наконец-то, подписали договор о намерениях сторон.

Бумаги у меня были уже готовы. И начерченный от руки план вагона, и указания переделать сидячие места в спальные, и описание варианта мужских и женских вагонов, и описание вагона второго класса с четырьмя спальными местами в купе, и схематически нарисованный туалет, а главное — объяснение, что крыша вагона должна представлять собой цистерну.

Плоскую цистерну, где будет находиться вода. Это даст пассажирам возможность умываться, пользоваться туалетом, спать в вагонах и есть в вагоне-ресторане.

Идею ресторана на колесах я предложила просто бонусом. А к четко расписанному плану, что и зачем следует изменить, я приложила еще один карандашный рисунок, на котором изобразила, как, по моему мнению, должен выглядеть железнодорожный узел для смены паровоза — что-то вроде прообраза современного вокзала, где существует несколько платформ.

Сама идея смены паровоза у поезда была достаточно революционной, но именно это и позволяло пассажиру сесть в купе на вокзале в столице и добраться куда угодно, не меняя поезда и своего купе. Так что сразу же после подписания предварительного договора, под одобрительным взглядом кёрста Форшера, я и отдала папку с записками присутствующему здесь же кёрсту Лизору.

Нетерпение кёрста было столь велико, что, не взирая на солидный официоз кабинета одного из владельцев марки, он мгновенно заглянул в папку, рассмотрел рисунки, потыкав пальцем в корявое изображение вагонов в поперечном разрезе, спросил у меня:

— Это что? Цистерна для воды? Однако-однако… Смело, кёрста, смело!

Потом еще что-то побормотал, полистал бумаги под напряженными взглядами обеих владельцев, и почтительно поклонившись мне, сказал:

— Думаю, кёрсты, вам придется платить эти проценты.

На фоне всей этой нервотрепки истинным успокоением для меня стали дела моей торговой марки. Магазин скупал все игрушки, расходились они достаточно хорошо.

Я снова начала откладывать деньги на счет и ощутимо подняла зарплату и кёрсте Тиан, и слугам. Я очень дорожила и своей семьей, и той стабильностью, которую торговая марка «Грей» мне давала.