Мой опасный

Понимаю, что такой шанс только раз в жизни бывает, но и расставаться с ним сейчас для меня смерти подобно. Как представлю… В груди все сжимается.

— Ну что ты? — Хард перетягивает меня к себе на колени и мягко целует в губы. — Все хорошо будет, малышка. Веришь мне? — сжимает так бережно и властно.

— Нет, Хард. Я не полечу, — мотаю головой. — Я серьезно. Пусть все по плану будет, как мы продумали с тобой. Отработаем несколько лет в компании Дрейка, а потом, — торопливо говорю, а эсминец отдаляется перед моим внутренним взором все дальше и дальше.

И обидно так, и досада берет просто дикая. Ну почему сейчас? Почему не через полгода хотя бы?

Хард смотрит на меня с понимающей улыбкой.

— Самоотверженная ты моя, — снова целует. — Но не прокатит. Ты полетишь, Ди. Не спорь. Я знаю, что потом ты пожалеешь, что не согласилась. Я слишком хорошо тебя знаю, Ди. Ты ведь боец. Тебе нужна эта победа. А я… Я все улажу. Просто поверь, — ласково трется щекой о мое плечо, легко щекочет своей щетиной и хвостом медленно скользит по внутренней стороне бедра.

— Нет, Хард… ооо… нет, не надо! Это запрещенный прием! Хард! Оо… даа!

В транспортном шатле нас двенадцать сосредоточенных бойцов. Вчерашние выпускники, но многих и не отличишь по виду от матерых ветеранов. Конечно, рихтов большинство, но есть и несколько людей, и полукровок и даже один орс!

Я напряжена отчего-то сверх меры. Весь полет материла себя мысленно, что поддалась на уговоры Харда и подписалась на эту программу. Да, я хотела.

Уже скучаю. Мы ведь и побыли после выпуска вместе всего пару дней. Отрывались в домике будто в последний раз.

Потом мне пришло предписание прибыть на базу, где как раз проходило первичное тестирование всех участников программы. Оно не несло отборочный характер. Нам сказали, что оно нужно для составления индивидуальной карты для каждого кандидата.

В конце программы будет еще одна финальная диагностика.

Хард провожал меня. Долго жадно целовал у проходной. А у меня стойкое чувство дежавю лезло изнутри. Вот точно также мы всегда с ним прощались перед очередным моим полугодовым семестром. Не плакала, только потому что не хотелось, чтобы он вину какую-то чувствовал. И так тяжело.

Я ведь поначалу с воодушевлением эти все документы заполняла и заявку тоже отправляла. Сумел Хард меня настроить правильно как-то.