Мой личный враг

 — Я такого вина принес, закачаешься!

И зря он это сказал!

— Шо?! — прозвучало гневное, и тетя Матрена вновь явилась. — Ты шо молодым девкам принес, упырь кладбищенский?

Некромант от такого обращения оторопел, хотел было что-то явно грубое домовихе сказать, но его Ташши урезонил:

— Никас, познакомься с тетей Матреной, очень уважаемой домовой. И мне очень не понравится, если ее кто-то оскорбит словом или даже взглядом! Тетя Матрена, это Никас, мой одногруппник, он сейчас бутылку вон там в уголочке поставит, а когда будет уходить, заберет.

Некромант молча кивнул, а я сказала:

— Давайте чай пить!"

"И мы сели пить чай, я с тортом, а некроманты с пирожками. По их мнению, пирожки с мясом были куда лучше, чем торт. Потом пришел Леонс с цветами, и он из всего предложенного тетей Матреной выбрал суп. Ташши на это дело посмотрел и тоже супа захотел. Потом к нам потихоньку начали подтягиваться маги и ведьмочки, которые с домашним заданием закончили. А спустя еще немного времени в двери снова постучали.

— Привет, — весело начала магиня, — а мы немного задержались!

— Мы? — переспросила я.

— Ну ты же не против Инара? — улыбка у Лин была совершенно обезоруживающая. — Просто мы живем в квартире в городе, и Инар не любит, когда я одна домой поздно возвращаюсь.

Мне оставалось только отойти, впуская ее. Следом вошел темноволосый маг, удостоив меня только мимолетным взглядом, вежливо произнес:

— Всем доброго вечера.

С появлением Инара обстановка резко изменилась, перестав быть дружеской и по-домашнему уютной. Теперь отчетливо ощущалось, что все парни поделились на два лагеря, причем некроманты были в меньшинстве. Мы с Лин недолго посидели за столом. Правда, тут тесновато уже было, потом пошли делать домашнюю работу. Но как-то совсем уж неожиданно с нами Инар поднялся.

— Э, — возмутилась я, — у меня работа с Лианной.

— Лин ничего ломать себе не будет, — ледяным тоном ответил маг. — Практиковать сломанную ключицу будете на мне.

Магиня беспомощно пожала плечами, мол, что тут скажешь, я скептически нахмурилась, зато Ташши молчать не стал.

— Инар, — ленивым тоном произнес он, — а если твою любимую… ну или уже не слишком любимую ранят на поле боя? Там ты тоже возьмешь боль на себя?

В ответ боевой маг не менее лениво предложил:

— Выйдем?

— А смысл? — Ташши улыбнулся.