Мой чужой ребенок

Уже наслышана о том, что он уволил предыдущую ассистентку за поползновения в его сторону.

- Какую должность ты занимаешь? — спрашивает Дубов, сверкая ярко-голубыми глазами.

Такими же, как у Аришки. У его дочери. Мне становится не по себе, поэтому перевожу взгляд на его нос. Совсем не смотреть в лицо начальству как-то невежливо.

- Офис-менеджер, — отвечаю уверенно. — А также менеджер по работе с клиентами. И младший продюсер. Не люблю сидеть без дела, перебирая бумажки в ожидании конца рабочего дня.

Он усмехается уголком рта и смотрит на Михаила Арсеньевича.

- Миша, уволь всех, чью работу она выполняла. Мне не нужны здесь бездельники.

Чувствую сожаление, но, если эти люди потеряют лишь работу, я потеряю свою жизнь. Они смогут устроиться в другую фирму, а я подобраться к Аришке — нет. Я все еще не знаю, каким образом Валера с матерью провернули это грязное дельце, но я знаю, что эта девочка — моя дочь. И я готова на все, чтобы быть рядом с ней. Даже войти в близкий контакт с ее отцом, которого презираю за его беспринципность и аморальность.

- Я дам тебе неделю испытательного срока, Марина, — обращается ко мне Дубов. — И да, буду тыкать, потому что у нас с ассистентом происходит тесный контакт и я задолбаюсь со всеми этими официальными расшаркиваниями. Но кроме этого — никакой фамильярности, можешь быть спокойна. Если я буду доволен твоими способностями, ты получишь эту должность. Если нет — вернешься на прежнюю, увольнять не буду.

- Спасибо, Станислав Сергеевич, — вежливо отвечаю ему, стараясь не кривиться.

Мне придется очень сильно постараться, чтобы не показывать ему свою неприязнь.

После ухода Михаила Арсеньевича, Дубов показывает мое рабочее место и вручает мне планшет и телефон моей предшественницы, после чего, объяснив принцип заполненных полей и сокращений в таблицах, оставляет одну с парочкой заданий, которые нужно выполнить до обеда.

Как только он удаляется в свой кабинет, встаю из-за стола и на дрожащих ногах иду в самый чистый общественный туалет, который только видела.

"Меня всю трясет. Я не могу поверить, что мне удалось подобраться к нему. Причем удалось намного ближе, чем я могла рассчитывать. Слезы ручьями катятся по щекам и я опираюсь на стену, потому что ноги не держат.

«Я близко. Я иду к тебе, Аришка. Мама обязательно тебя вернет, малышка.