Миры Кемира

– У вас, случаем, не припрятан артефакт невиданной силы? Где-нибудь среди всех этих… урожаев?

Кивнул на пшеничное поле, подступавшее почти к самым стенам города.

- Нет, - улыбаясь в ответ. - Ничего подобного здесь нет!

- Быть может, отдал концы какой-нибудь святой? - продолжал допытываться маг. – Приехал, обомлел от этого… гм… великолепия, - он указал на зеленые предгорья с раскинувшимися виноградниками, среди которых виднелся полуразрушенный замок. Когда-то эти земли принадлежали барону Сенгофу, потом отошли к королю, – и решил остаться навсегда.

- У нас очень красиво, - согласилась с ним, – но святые… Нет, в эти места они не забредали.

Тут я подумала о дяде Никласе. Он был… чудной. Обожал рассказывать о странствиях, попивая яблочный сидр в трактире отца. Исповедовал учение Εдиноверы, но в душу никому не лез. Хотя люди сами, по своей воле, приходили к нему за утешением. Его побаивался старейшина, зато обожали дети. А еще… Дядя Никлас остановил чуму. Уверена, это сделал он! Но – какой из него святой?!

- Концы здесь отдал барон Сенгоф, – подал голос Тарих.

- Наследники, вижу, не спешат вернуться, - произнес лорд Дьез, посмотрев на виднеющиеся развалины замка. – Хотя здесь бы они обрели то, чегo нет в Кемире.

- О чем вы говорите? - спросила я у лорда Дьеза.

- Пусть магистр Шаррез кривит свой худой нос, но помимо Света я чувствую… Знаете, я бы назвал это магическим равновесием. Спокойствие и умиротворение. Словно это место под защитой… Под чьей защитой Волчий Дол, Лайне? - резко повернулся ко мне, словно его посетила внезапная мысль. - Кто его Хранитель?

Хотела сказать, что… После того, как умерли Наставники, осталась лишь я. Нет, не так! Еще были старейшина и Ди-Рез…

- Король Освар Тиринг, наш защитник и хранитель этой земли, - поджав губы, ответила Светлому магу, на что oн скривился, словно его накормили скисшими щами.

От странного разговора меня спасло то, что караван въехал по бревенчaтому мосту, минуя защитные стены, в родной городок. Замедлил ход, потому что нас уже встречали. Ремесленный и торговый люд выходил из домов и мастерских, останавливался, раскланивался. Нас приветствовали, спрашивая, как прошла дорога и что происходит за Диким Бором.