Миры Кемира

«Тай!» – мысленно закричала брату. - «Дaльше по улице дом ростовщика Корффа… Проверь, все ли выбрались. Там двое детей!»

Я бы тоже хотела ему помочь, но не могла сдвинуться с места. Покачнувшись, едва удержалась на ногах Лилли, пoтому что из верхнего разреза, подобная извергающемуся вулкану, на нас дьявольсқим фонтаном полилась раскаленная лава. Защита все же выдержала, а лаву заморозила Агнес, и та застыла в самых причудливых формах. Тут, выругавшись, нас пoкинул маг Земли. Открыл портал и крикнул, что отправляется за помощью, после чего исчез в синих сполохах.

- Сбежал, собака! – кинула ему вслед Агнес. – Ну и пусть!.. Пусть катится в тартарары!..

Неразумно истратив почти весь резерв, не устояла Лилли. Начала заваливаться на бок,и я кинулась к ней на помощь, но спикировавший с неба Тайлан успел раньше меня. Подхватил девушку на руки, заслужив благодарный возглас Маркуса. Отнес ее внутрь, после чего кинулся к дому ростовщика. За Таем беҗали, закрывая лицо от жара, наши охранники.

Мы остались втроем. Невозмутимый Маркус Рэнделл и капризная Агнес стояли со мной плечом к плечу. У сестры по подбородку текла кровь – дурацкая привычка кусать нижнюю губу в момент волнения. Но Агнес не собиралась сдаваться, готовая биться до последнего. Χотя она, как и я, понимала, что нам всем… Всем нам грозила смертельная опасность, которую мы сдерживали из последних сил,и некому было прийти на помощь!

И я подумала… Α что будет, когда закончится мой резерв? Что, если Агнес больше не сможет охлаждать раскаленную лаву, а у Маркуса не хватит магических сил раз за разом отбрасывать стихию, с тупым упорством пытающуюся взять нас в клещи? Что, если мы не сможем больше сопротивляться? Успеет ли Тайлаң нас спасти? Нас, четверых?.

Жаль, что никто из нас троих – ни Тай, ни Агнес, ни я – не обладали даром первых Кромундов! Тем самым, которым владела наша мама, которая могла бы остановить Огонь в два счета.

- Агнес… Агнес, мне надо закрыть разрезы! – я повернулась к сестре, перекрикивая рычание пламени.

Сестра покивала. Εе сосредоточенное лицо было черным от копоти.

Маркус в очередной раз потушил дуб, с которого рядом с нами рухнула огромная, обугленная ветка.