Миры Кемира

После странного разговора с магистром Донейлом я все еще пребывала в разрозненных чувствах, которые, словно мозаика, разбросанная неловкой рукой, совершенно не хотели складываться в ясную картину.

Дракон утверждал, что я – его Истинная Пара,и он прилетел в Брендан по мою душу, но я не спешила ему верить. Хотя бы потому, что не знала… А ведь я много чего не знала! Во-первых, понятия не имела, какие цели преследовал новый таинственный преподаватель Академии Магии Севера, заявивший мне подобное! Во-вторых, не представляла, как я могла быть чьей-то Парой – даже теоретически! – если утратила связь со своей драконицей еще в раннем детстве и не было никаких предпосылок к тому, что она восстановится.

Пусть по словам магистра Донейла процесс трансформации уже запущен и уже очень скоро у брошенного в благодатную почву семени появятся всхoды, но пока что я абсолютно ничего не ощущала. Никаких внутренних изменений, никаких намеков на то, что моя вторая ипостась готовится выйти из летаргического сна, в котором она пребывала все эти годы!

Разве может идти речь об Истинных Парах, если мы принадлежим к разным видам?! Он – дракон, а я – обычный человек, как бы сильно я ни хотела обрести крылья!

При этом не сказать, что я ничего чувствовала к магистру Донейлу.

Между нами существовало странное притяжение, отрицать которое было бы кривить душой. Меня тянуло к нему, словно железную стружку к гигантскому магниту, но… Разве это повод доверчиво идти на поводу у собственных желаний, позволив привлекательному мужчине вскружить себе голову?

Нет, и ещё раз нет!

Поэтому, крепко-накрепко наказав себе не терять связь еще и с реальностью, в которой жених у меня остался всего лишь один – Вестард, сын короля Ислейва, я подхватила под руку оживленную сверх меры сестру и зыркнула недoвольно на брата.

Вот же конспиратор выискался! Подрался с Логаном Киршем под синими очами магистра Донейла и ничего мне не сказал!..

Наконец, сопровождаемые ставшей привычной охраной, мы отбыли на встречу с хедрайтским принцем.

Прошли мимо дома лорда Кирша – мрачного особняка из темного камня, как раз под стать его хозяевам. Потом дома Рэнделлов – выкрашенного в бело-голубой цвет, с горшками белых петуний на окнах. Затем оказались в соседнем квартале, прилегающем к оживленной набережной и порту Брендана. В большом трехэтажном доме с мраморными колоннами, стоявшем чуть особняком от жилищ купцов и ростовщиков, меня уже дожидался очередной прeтендент на мою руку и сердце.