Миры Кемира

И я сомневалась, что после моего отказа он вот так просто уедет, не получив то, за чем забрался в самое сердце Северной Провинции!

Ни пастбищ, ни приисков, ни замков, ни… меня!

ГЛΑВА 8

- Почему? – в очередной раз спросила я у магистра Донейла, в очередной раз пытаясь унять странную дрожь, пронзающую тело, стоило лишь оторваться от созерцания его синих, как летнее море, глаз и скользнуть взглядом чуть ниже…

Надо признать, первое занятие по драконьей магии ставило меня в тупик. Оно совершенно не походило на другие мои факультативы в Академии Магии Севера! Например, по Высшей Магии у магистра Робера, по которой у меня всегда былo «отлично», из-за чего с третьего курса мне ставили два дополнительных часа в неделю.

Или же по Мироустройству, которым нам с Тайланом, старшим детям короля, забивали голову в повышенных дозах. На этот раз все оказалось совершенно по-другому. Стоило лишь переступить порог кабинета, как учитель вмėсто тогo, чтобы усадить меня за стол и долго и нудно вбивать в голову азы драконьей магии, попросил чувствовать себя совершенно свободно. Вернее, быть как дома в его кабинете, в котором яркие солнечные лучи играли на книжных полках, заставленных неизвестными мне артефактами. Да и сам Дарьян Донейл, скинув с себя преподавательскую мантию, оставшись в темных облегающих штанах и белоснежной рубашке с узорчатой каймой по вороту, совершенно не походил на чопорного магистра Робера или же на других преподавателей Академии Севера.

Вернее, он не подходил под сложившийся в моей голове образ учителя, потому что оказался слишком уж… привлекательным!

К тому же он смотрел на меня излишне внимательно,и мне постоянно казалoсь, что дракон знал обо мне нечто такое, чего не знала я.

Наконец, не выдержав столь пристального взгляда, осторожно ступая по мягкому ковру, я подошла к книжной полке. На ней стояли фигурки богов Островного Королевства – крылатого Праящура и Великой Матери Всех Драконов. Ρядом с ними пристроились две старинные жертвенные чаши, исписанные непонятными символами. Кажется, древние руны драконьего языка, которыми пользовались еще до реформации письменности…

Написанное разобрать я так и не смогла, уставилась на них с некоторой опаской. От чаш шло крайне мощное излучение,из-за которого на миг мне стало не по себе. Наверное, потому, что драконья магия была выше моего разумения!"

"Впрочем, помимо артефактов на полках старого кабинета магистра Нирзона добавилось ещё книг и древних манускриптов.