Мигуми. По ту сторону Вселенной

И вообще не поняла, что за претензии такие по половому признаку?! Это кто тут самка!?

И тут до меня дошло — я же понимаю этого главнюка. Да как так-то? Все это точно бред или глюки. Понимать его я никак не могу. Это же инопланетянин и жужжать на всеобщем он, ну ни как не может. Я тоже мушиному жужжанию не обучена. А это значит, что я точно, все-таки банально двинулась умом. На меня навалилось такое облегчение. Даже дышать легче стало.

— Ну, слава Великому космосу! — успокоено выдохнула я. — А я уж думала, что вы реально инопланетные твари.

А бред и галлюцинации это ничего — это лечится.

Но вот судя по тому, как расширялись соты в глазах инопланетянина, он с моими доводами был не согласен. Совсем не согласен.

— Как ты смеешь, самка, меня, высокородного ахунта, назвать тварью. Ты, женщина, места своего не знаешь!? — взревел жужжаще главмух.

Такого обращения я уже стерпеть не могла. Бред не бред, а унижать меня даже собственным глюкам я не позволю! Совсем страх потерял, что ли! Тапка на него не хватает!

— Заткнись и проникнись моментом, насекомое, — рыкнула я на свое нездоровое воображение.

 — И гордись, что еще ботинком не прибила к стене. Будет тут на меня всякое недоразумение пожужживать.

— Ты… ты… женщина, ты какой расы? Да как ты вообще можешь? — этот высокородный «ахтунг» или «ахунт», аж дар жужжания потерял. — Самка, ты пожалеешь о своей неучтивости. Да я тебя… да я тебя…

— Да ты меня, что…? — проявила я любопытство, интересно же, чем глюки угрожать умеют.

— Да я тебя на Ирзонг отправлю, будешь моих бойцов обслуживать.

Да я тебя в трюме сгною. Нет! Нет! Я тебя аррафату на корм пущу. Да я… да я… — все, фантазия его иссякла. Оценив все им сказанное, я, призадумавшись, слегка попинала ботинком с металлическим носком тело одного из змееосов и сделала неутешительные выводы:"

"— Не-а, — отмахнулась я от главмухи, — на такую длительную программу с моим участием, меня явно не хватит. Давай выбирай что-нибудь одно!

Еще раз, прокрутив в голове все услышанное, внезапно пришла к мысли, очень для меня нехорошей.

Вот если это мой глюк, то тогда, чего он грозит мне совсем непонятными вещами? И как не крути, я все же сначала слышу жужжание, а потом понимаю речь. Словно, переводит мне кто ее.

Развернувшись, я отпнула валяющегося позади меня оглушенного инопланетянина, и вернулась на исходное положение, а именно на то кресло, в котором очнулась.

Надо же, как очень густое желе. Не очень удобно сидеть, напрягает как-то.