Мажарин

Веселье выплескивалось через край — иногда слезами радости за молодоженов.

Марина и не сомневалась, что до конца торжества Сергей не выдержит, поэтому, когда он практически выкрал ее из банкетного зала, не удивилась.

Человеку, который на дверь спальни повесил табличку «Жена Мажарина», разумеется, все равно, что подумают гости об их внезапном исчезновении.

Они приехали в отель, в котором должны были провести брачную ночь.

— Думаю, наши гости найдут, чем заняться и без нас. — Мажарин был готов стянуть с жены платье прямо на пороге их номера, не доходя до кровати.

— Я тоже так думаю, — согласилась Марина, но остановила его: — Подожди.

— Почему? — Он не убрал руки, задержав их на талии, но остановился.

— У меня для тебя сюрприз.

— Какой? Я скоро стану папой?

Марина рассмеялась:

— Нет. Подожди. Мне нужно пару минут.

— Что за сюрприз?

— Не расспрашивай, а то это уже не будет сюрпризом. Налей шампанского, я быстро.

— Ты хочешь шампанского?

— Очень.

— Тогда и я хочу, — согласился Сергей, хотя ничего сейчас он не мог желать сильнее, чем саму Маринку, ее голое под собой тело.

Оставив Марину в прихожей, он прошел вглубь номера и остановился у большого стола. Разлил пенистое шампанское по бокалам, скинул пиджак, избавился от галстука, оставшись в белой рубашке. Негромко включил музыку, с предвкушением глянув на огромную кровать. Хотя Маринкина игра в двухнедельное воздержание изрядно взбудоражила им обоим нервы, отказываться от физического удовольствия было невыносимо трудно.

Мажарин все еще стоял и смотрел на кровать, представляя, как разденет свою жену."

"Как будет целовать и ласкать, чтобы на ее теле не осталось ни одной пяди, которую бы ни тронули его руки, ни целовали его губы. Шаги за спиной уже прозвучали, Марина стояла сзади и ждала, пока он повернется, но Сережа все не поворачивался. Почему-то не мог. Не знал, что она придумала.

Не знал, зачем она это придумала. Но, кажется, это должно быть что-то важное. Потому что, еще не развернувшись к ней лицом, еще не видя ее, он уже потерял дыхание.

Она стояла перед ним в потрясающе красивом платье. Это было что-то струящееся по ее телу. Воздушное, полупрозрачное, легкое. Не платье, а белая дымка с золотистым налетом. Казалось, рукой коснись, и вся эта воздушность спадет с нее.

— Сере-е-ежа, — заулыбалась Марина, так и не дождавшись комплимента. Или просто хотя бы каких-то слов.