Мажарин

Дождь разошелся, постепенно превратившись в град.

Периодически стекла трещали и звенели — как будто кто-то горстями кидал в них мерзлые горошины. Деревья роптали, возмущенно гудя. Все оживилось звуками.

Стук, вой, грохот, скрип, словно стон…

Наблюдая за дьявольским ненастьем, Марина нависла над подоконником.

Мальчишки, повторяя за ней, тоже прилипли к окнам, но вскоре потеряли интерес. Небо было совершенно черным, свет фонарей рябил от дождя и града — ничего особо не разглядишь.

— Ребят, пойдемте спать, пора, поздно уже, — строже и громче сказала Людмила Захаровна.

Внуки, пытаясь протестовать, все же поплелись за бабушкой. Марина, глядя на них, улыбнулась.

Дети — маленькие, странные, пока чуждые ей существа. Жизнерадостные, они не попадают под влияние природы, их еще не одолевает меланхоличное настроение, не разъедает неопределенная унылая тоска. Не боятся они перспектив и планов. Пообщавшись с ними, невольно задумаешься, может, стремление взрослых искать причины неудач в прошлом — это лишь попытка оправдать собственное бездарное существование в настоящем? А дети счастливы.

Тем простым счастьем, которое взрослым почему-то очень сложно найти, но очень просто потерять.

Марина подняла книжки-раскраски, валяющиеся на полу, и бросила их на журнальный столик. Нестерпимо захотелось вдруг разрисовать свою жизнь, раскрасить яркими цветами так же, как маленький Тимошка раскрасил свои картинки.

Жить захотелось, радоваться, и, подобно детям, не замечать ничего, что могло быть хоть как-то омрачить эту радость.

Стереть бы из жизни все лишнее, ненужное и неуместное.

Большие настенные часы, висящие над камином, удивляли временем — уже за полночь. Там же, над камином на полке, стояли рамки с семейными фотографиями. Не сдержав любопытства, Марина подошла, чтобы рассмотреть их поближе.

Узнала тетю Люду и дядю Женю. На первом фото они моложе, Евгений Семенович какой-то необычно строгий, а Людмила Захаровна наоборот — веселая раскрасневшаяся, прижимается к нему, держа под руку.

Вот и Алексей с женой — свадебная съемка, красиво все и помпезно. Вот снова Лешка, уже с детьми. И снова он — сидит на берегу озера, согнув колени и сложив на них сцепленные руки. Обернувшись, через плечо смотрит в камеру. Щурится от солнца и улыбается, лицо еще юное, узкое. Рядом парень — в той же позе, что и Леша. Оба они без футболок, с голыми спинами.

Евгений Семенович за чем-то пошел на кухню, Марина стянула с полки фотографию и подошла к Сергею.