Медвежатник

Барышня уверенно освободилась от объятий банкира и враждебно произнесла:

— Хватит ломать комедию, Заноза, — и, повернувшись к Георгу Рудольфовичу, произнесла: — Я вынуждена разочаровать вас, барон, я совсем не та, за которую вы меня принимаете. Хочу еще добавить, что я стою очень много денег. Но мне с вами было хорошо!

— Как?! — задохнулся Лесснер от нахлынувших чувств. — Вы тоже! Боже мой, как я ошибался!

— Да, мой милый друг, я ничем не лучше вот этого Занозы. Разве что не выхожу с кистенем на большую дорогу, — и, посмотрев на Занозу, который по-прежнему продолжал загораживать дорогу, красотка продолжала: — Я вас оставлю, мальчики, только просьба, не очень шалите.

У меня на сегодняшний вечер запланировано еще одно свидание.

— Так куда же ты, Ксюша? — вежливо поинтересовался Заноза, обмазав диковатым взглядом ее ладную фигуру.

— На кудыкину гору, там меня дожидается один очень милый маркиз. Он обещал мне купить замок на Лазурном побережье. Так что желаю вам мило провести время, ребята!

— Может, тебе провожатого дать? — заботливо поинтересовался Заноза.

— Ну что ты, разве меня кто-то осмелится тронуть, это честную барышню-то? А потом, Заноза, ты, видно, позабыл, я ведь Ксюша с Грузин!

— И то верно. — В голосе уркача прозвучали уважительные нотки.

— А если все-таки встретится насильник, так я не буду отказываться от удовольствия, — неожиданно весело закончила девушка и заторопилась по узкой аллее.

— Вот стерва! — выругался барон.

— Это ты напрасно, барин, — протянул с упреком Заноза.

 — На вид-то благочестивый, а сам такими поносными словами выражаешься. Просто каждый своим ремеслом занимается. Я вот копейку на большой дороге с купцов трясу да головы им отворачиваю. А Ксюша клиентов заманивает да нам их сдает. Так что ей еще спасибо сказать нужно. А ты что думал, барин, за просто так такую красотулю мять можно? — неожиданно поинтересовался Заноза. — То-то!

— Господа, давайте с вами поговорим откровенно, — заторопился Лесснер. — Я вижу, что вы люди серьезные.

Я тоже умею держать слово. Поверьте, я человек состоятельный и сумею вас по-настоящему отблагодарить. Сколько вы хотите за мое освобождение? Сто тысяч?.. Двести тысяч?.. Называйте любую цену, я весь к вашим услугам, — обернулся Лесснер к троим мужчинам, стоящим за его спиной, как бы желая заполучить в их лице поддержку.

— Что же ты нас, барин, обижаешь? — с укоризной протянул Заноза. — Неужели ты нас за каких-то мелких мазуриков принял.