Неверный

— Но почему? Ты же сам говорил, что у вас… — сглатываю — было…

— Я заставил ее выпить таблетку экстренной контрацепции, — муж кладет руки по обе стороны от моих ног, замыкая кольцо, а сам говорит быстро, словно боится не успеть. — Я утром как проснулся и понял, что произошло, думал убью ее. Но не сразу сообразил, что под препаратами был. Думал, сам, по своей воле. Много выпил и понеслось… Охранники тоже были уверены, что я ее сам позвал, потому сквозь пальцы смотрели. Поэтому заставил таблетку выпить и выгнал.

А когда до вечера не отпустило, поехал в клинику. Но Сикорский сказал, что если и было что-то, то уже вымылось. Мне же не наркоту подсыпали, там другой коктейль. Мои парни все контакты проработали, пока не пересеклись с охранниками Бацмана, генерального компании, где Лиза работала. Бацман лично ко мне приехал выяснять, на кого они роют. Когда узнал, сам подключился. Но мы ничего не нашли, Соня. Ничего.

Я молчу, все равно сказать нечего. Сикорскому Адаму Олеговичу, нашему доктору он доверяет безоговорочно.

И если в крови ничего не было найдено, то значит, что…

Что ничего не было. И сам Рустам это понимает.

— Бацман уволил Лизу, и она исчезла. Появилась как я сказал уже, недели за две перед тем, как ты… — он запнулся.

— Договаривай, Рустам, — смотрю ему в глаза, — потеряла ребенка.

— Да… — сипит он, — если бы я только знал…

— Ты не брал трубку, я звонила весь день. А на нее ты нашел время. Сам.

— Да, сам, — он тяжело дышит, на лбу блестят капельки пота, — хотел, чтобы о ней меньше знали.

Я с утра ее в больницу привез, потом на стройке был, у меня телефон разрядился. Думал увезу ее из больницы, чтобы она меньше отсвечивала, так боялся что ты узнаешь. Надеялся, что это ошибка, что он все-таки не мой…

— Он твой, Рустам, — говорю тихо, — это твой сын, как бы там ни было. И поэтому я хочу развестись.

— Нет, Соня, — он сжимает руки в кулаки, — забудь. Никакого развода. Возвращайся домой, я съеду, если не хочешь меня видеть. Деньги давать буду как и раньше, ничего не изменилось.

Ты простишь меня, вот увидишь. Я все для этого сделаю. У нас будет ребенок, Соня, ты успокоишься, наберешься сил…

— Не будет у нас с тобой детей, Рустам. Я не хочу, — перебиваю его. — Не хочу, чтобы наш сын и сын Лизы были как ты и Демид. Чтобы так ненавидели друг друга из-за твоих денег как вы с Демидом ненавидите друг друга из-за денег вашего отца.

Лицо Рустама в один момент делается злым и жестким.

— Демид? — спрашивает он сухо.