Кровавая вира

– А что? Ирина женщина толковая и дело знает, – пожала Наталья плечами. – Я не против. Пусть служит.

– Как скажешь, – поспешил согласиться Елисей. – Теперь ты в доме хозяйка, вот и решай, кто и где служить станет.

– А где он, тот дом? – лукаво поддела его новоиспеченная жена.

– Вот праздник отгуляем и туда отправимся, – понимающе усмехнулся парень. – Там уж все закончить должны были.

– А в крепость тоже поедем? – тут же спросила Наталья.

– Туда в первую голову. Там школа, – отрубил Елисей.

– Оставь жену в имении и езжай в школу свою, – тихо посмеиваясь, посоветовал Котэ.

– Реваз при ней постоянно будет. А на подворье еще десяток старых казаков имеется, – кивнул парень.

– Надо будет к тебе в гости приехать, выпасы посмотреть, – задумчиво протянул Котэ. – Может, небольшой табун, что на продажу, туда перегоним.

– Там лес вокруг. Даже для поля пришлось деревья вырубать, – напомнил парень.

– Ладно, подумаю, – кивнул мажордом и, открыв нужную дверь, посторонился, пропуская молодых.

"– А Руслан где? – вслед ему спросил Елисей.

– На конюшне, конечно, – рассмеялся Котэ. – Его от лошадей за уши не оттащишь. Ничего, скоро проголодается, приведут.

– А кто там с ним? – не унимался Елисей.

– Я племянника своего привез. Он за мальчиком смотрит. Не беспокойся. За Руслана я сам любого зарежу, – глядя ему в глаза, твердо ответил Котэ.

Их разговор прервала Ирина, появившаяся в коридоре с подносом в руках. Пропустив ее в столовую, Котэ пожелал молодым приятного аппетита и отправился по своим делам.

* * *Тифлис гулял широко. Вспоминая события тех трех дней, Елисей только вздрагивал и ладонью приглаживал встававшие дыбом волосы. За эти три дня ему пришлось выпить вина больше, чем за всю предыдущую жизнь. Ведь каждому из приглашенных хотелось выпить именно с виновником торжества. К самому князю Буачидзе с подобным предложением подходить могли не все.

С Елисеем было проще. Местные считали его кем-то вроде примака. Да, достоинство дворянское имеется, и титул тоже, но древности дворянской крови за ним не значилось. В общем, приходилось принимать тосты и здравицы, и в благодарность пить. Он старался обходиться маленькими порциями, только смачивая вином губы, но все равно к вечеру приходил в спальню ползком. Что называется, на бровях.