Кровавая вира

Не понимаю, что тут еще обсуждать.

– Да, я просил. Просил. Но не так же! – подскочил Тарханов.

– А как, позвольте спросить? – иронично хмыкнул Елисей. – Никита Иванович, признаться откровенно, не будь это вашей личной просьбой, я бы и пальцем не шевельнул. Это не то занятие, которое доставляет мне удовольствие. Но я решил уважить вас. А теперь получается, что вместо понимания я получаю упреки?

– Господь с вами, – смутившись, поспешил уверить князь. – Возможно, это и прозвучало, словно упрек, но поверьте, это совсем не так.

– Исключено. Таких ошибок я давно уже не делаю, – жестко усмехнулся парень.

– Вы не понимаете. Полиция буквально переворачивает город. Повсюду облавы, перестрелки с уголовниками. Черт знает что!

– А вам-то что за дело? – удивился Елисей. – Вашей службы это никак коснуться не может.

– Его величество уже высказали свое неудовольствие, так что это касается всех служб, – помрачнев, вздохнул Тарханов.

"– Минует, – отмахнулся Елисей. – Главное, что мешавший вам человек больше мешать не станет. А остальное пройдет. Помните, что было написано на кольце царя Соломона?

– Все проходит, и это пройдет, – чуть усмехнувшись, кивнул Тарханов. – Но из-за всех этих облав и обысков может и свадьба сорваться. Две свадьбы.

– А вот это тем более исключено, – нахально рассмеялся Елисей. – Князь Дато Буачидзе уже во дворце. По приезде поспешил встретиться со своим родичем и выразить ему свое почтение.

– Господи, само собой, лично нас никто подозревать не станет. Но ведь любой из нас вполне мог кого-то нанять, – многозначительно выгнул бровь Тарханов.

– А зачем мне это? – продолжал веселиться парень. – Я этого господина вообще не знал.

– М-да. Полковник Тимофеев писал, что вы умеете в словесных дуэлях выходить победителем, – удивленно качнул князь головой. – Вот уж не ожидал. Ну да ладно. Делать нечего. Остается только как-то сократить потери.

– Ну, это уже ваша кухня, – отмахнулся Елисей. – У меня теперь только одна забота. Венчаться и домой побыстрее доехать.

– Так надоела столица? – поддел его Тарханов.

– У меня там мальчишек три десятка. Их учить надо.