Кровавая вира

 – А ты что решил? Станешь к князю переезжать?

– Я так понял, туда уехав, я все одно тебе служить стану? – помолчав, уточнил Любим.

– Верно. Князь Дато тесть мой, а Руслан его внук. Так что, служа ему, ты и мне служишь, – разложил Елисей всю генеалогию.

– Выходит, князь сказал, что и дом мне там поставит? – не унимался Любим.

– Ты чем меня слушал? – деланно возмутился Елисей, улыбаясь. – Сказано, все как в станице будет. И дом, и надел свой. Я и денег на обустройство дам. Только у Опонаса учись да за табунами смотри.

– Добре, – с довольным видом кивнул лошадник. – Погоди, княже, – вдруг спохватился он. – А кто ж тогда тебе денщиком станет?

– Ну, свято место пусто не бывает. Найду кого, – пожал парень плечами. – Тем более что ты не сей момент уедешь. Вот домой приедем, с матерью повидаешься, поговоришь, а там и переезжать станешь."

"– Княже, дозволь, я тебе сам денщика толкового найду, – повернувшись к нему на козлах, попросил Любим.

– Что, из родичей кто толковый имеется? – лукаво усмехнулся Елисей.

– Троюродной сестры сын, – кивнул казак. – Паренек толковый, да только с семи лет сирота. Сестра одна его тянет. Сам понимаешь, ухваткам казачьим обучить его некому, да и сестра за него опаску серьезную имеет. Вот и мается казачок.

– Так, может, ему для начала попробовать экзаменацию в школу сдать? – задумчиво предложил Елисей.

– Взрослый он уж для школы. Семнадцать лет уже. Да сестра, говорю же, извоется, ежели он в пластуны пойдет. А так и ему не зазорно, чай, не кому попало, а князю служить, и ей спокойно.

– Точно толковый? – задумчиво переспросил Елисей.

– Слово даю. И грамоте разумеет, и счету обучен. С оружием только не особо, так тут уж сказано, некому учить было.

– Добре. Приедем, приведешь его. Поговорим, а там как бог даст, – согласился Елисей.

– Спаси Христос, княже. А куда теперь править-то? Дело-то сделано, – снова сменил казак тему.

– Вот домой и правь. Хотя нет.

Кивнув, Любим звонко щелкнул бичом, и каурая пара перешла на рысь. Минут через сорок они выкатились на Невский проспект и покатили к Гостиному двору. Припомнив, что здесь рядом обитает человек, отлично знающий все местные лавки, Елисей велел ему остановиться у знакомого трактира и, подозвав уже знакомого мальчишку, велел, показывая монету:

– Сбегай, Ефима покличь.