Крепостная

— Какая? — произнесла Груша. Приподнявшись на локте, она кокетливо посмотрела на него, призывно улыбаясь. Урусов смутился и сам поразился, почему краснеет от ее страстного прелестного взгляда, словно мальчишка. Это было до такой степени глупо, по его мнению, что Константин невольно заерзал и перевел взгляд на губы девушки.

— Страстная, раскованная, ласковая, — прошептал он глухо, перебирая ее светлые пряди около щеки."

"— Потому, что раньше я не понимала, что люблю вас, Константин Николаевич, — вымолвила Груша на одном дыхании, чувствуя, что после произнесенных слов обратного пути уже не будет.

Константин застыл и пораженно уставился в ее аметистовые глаза.

— Что ты сказала? — прошептал он, побледнев.

— Я люблю вас, Константин Николаевич, — повторила уверенно Груша и, наклонившись, поцеловала его в губы.

В следующий миг Урусов резко перевернул девушку на спину и навис над ней. Его взор прямо впился в ее глаза и замер.

— Это шутка? — выдохнул он глухо, словно не веря.

— Нет, — пролепетала она.

— Я чего-то не понимаю, — вымолвил напряженно Константин.

— Я просто хотела быть свободной.

— А сейчас говоришь, что любишь меня? Зачем же ты хотела оставить меня?

На лице Груши не дрогнул ни один мускул, она была готова к подобному вопросу и тут же ответила:

— Оттого что была обижена на вас. Но теперь я осознала, что вы очень дороги мне.

Константин долго пристально рассматривал красивое родное лицо девушки, желая только одного, чтобы слова Грушеньки оказалась правдой.

Поздней ночью Константин не мог уснуть от неотступных, навязчивых мыслей, блуждающих в голове. Он сидел на кровати и долго с нежностью смотрел на спящую Грушу, которая мирно посапывала во сне.

Сразу же после ее слов о любви, Урусов осознал, что тоже страстно, неистово обожает ее, но в ту минуту не осмелился сказать девушке об этом.