Командир. Трилогия

При этом давая распоряжения принести теплой воды, какую-нибудь бадейку, полотенца. Увидев забежавшую в опочивальню свою служанку быстро заговорила, обращаясь к ней.

- Дуняша срочно беги к старшему охраны Михаилу и передай ему.... Хотя постой лучше я напишу.

Усадив царицу на стоящую у стены лавку, боярыня, взяла со стола свою сумочку, отброшенную туда после нахождения в ней таблеток угля и достав из неё привычные для неё записную книжку и карандаш, быстренько набросала записку. Вырвав лист с текстом записки и передала её служанке со словами.

- Беги, передай лист Михаилу, пусть срочно доставит в усадьбу и передаст её либо боярину Александру Эдуардовичу, либо любому из уральских бояр, кого первым встретить, после чего, сам срочно возвращается во дворец.

Получившая записку Дуня, резво, даже для своих шестнадцати лет, бросилась исполнять поручения хозяйки, а сама боярыня Граббе, подошла к подруге и с помощью служанок Анастасии стала вызывать у неё рвоту, в чем и преуспела. И пока во дворец прибыли пятеро уральских бояр, успела еще раз скормить государыне горсть таблеток активированного угля, напоить пару раз молоком и вызвать еще два раза рвоту.

Появившееся через полчаса уральские бояре, предводительствующие самим государем Иваном Васильевичем, прекратили мучительный труд боярыни. Больной занялся боярин Пирогов, но до прибытия его помощницы, еще в течении сорока минут, Вера помогала доктору в его деятельности. Уговорила пациентку выпить грамм пятьдесят маслянистой жидкости, набульканой Никитой из стеклянного пузырька с плотно пригнанной стеклянной крышкой.

А потом лично ставила подруге, внутримышечные очень болезненные уколы, этого маслянистого лекарства, предварительно выгнав всех присутствующих из опочивальне, в том числе и государя, втыкая оголку в самые большие нижние мышцы, в попу. Потом поила молоком и опять вызывала рвоту. И дежурила у постели больной, на переменку с прибывшей ученицей Пирогова, Аленой, в течении двух недель, систематически ставя уколы, в две многострадальные ягодичные мышцы подруги, первые сутки каждые шесть часов, а десять дней по дозе антидота каждые двенадцать часов. И если антидот вводился внутримышечно, то стабилизаторы состояние сердечно-сосудистой системы вводились внутривенно и их кололи больной все две недели, пока ухаживали за нею. Обильно питьё и жидкая овсяная каша стали основным питание пациентки на все эти две недели. И только на пятнадцатый день, Пирогов позволил царице вставать с постели и отменил все инъекции.