Командир. Трилогия

Кроме отчета о выполнении царских заказов по отливки и изготовлению пушек с ружьями и печатания духовно-церковных книг, 'витязи' привезли и подарки для царя и главное для царицы, пора было потихоньку входить и на женскую половинку Московского двора. Самому царю в подарок предназначался малый царский фарфоровый сервиз, эксклюзивно изготовленном для подарка на фарфоровом заводе Ивлевой. Для царицы привезли продукцию парфюмерной фабрики Ивакиной, выпущенной специально для этого случая и упакованной в 'царскую' тару, в разнообразные, разных форм, цветов и оттенков, бутылочки, пузырьки, баночки из расписного фарфора и цветного стекла.

С притертыми пробками и крышками или с новинкой, резьбой по горлышку тары и внутри крышки. Для представления и демонстрации парфюмерии царицы и включили в делегацию Веру. Тем более что отношения между нею и Александром Эдуардовичем ни для кого из попаданцев секретом не было. Привезенные пушки без испытания ни кто в войско не возьмет и уж конечно не оплатить. Испытания и пушек и ружей решили провести на прошлогоднем месте, благо и везти их от пристанных амбаров намного ближе, чем в любое другое место. Обговорили иные вопросы, имеющие отношения к столичным делам. Так и просидели почти до заката. К вечеру немного развиднелось. Ветерок стал разгонять тучи, в появляющиеся разрывы редко выглядывала на короткий промежуток Солнце, пыталась своим хотя бы закатным, но летним теплом хоть немного обогреть находящуюся внизу землю и людей. Вышедшие на крыльцо, после беседы бояре, стояли и смотрели на мокрый двор, окружающую его стену и молчали, привычка молчать при посторонних уже въелась в плоть и кров попаданцев. Постояли, помолчали, вроде бы как бы перекурили и вернулись в терем, пора и ужинать, а там и ко сну готовиться."

"Через три дня, на четвертый день после прибытия делегации в столицу, согласно ранее достигнутых договоренностей, с утра, уральские бояре и боярыня прибыли на аудиенцию к государю.

Прием происходил в Большой палате царского дворца. От входа с обеих сторон, вдоль стен стояли крытые красным сукном лавки, на которых при больших приемах сидели разодеты в шелка, парчу, бархат и меха бояре, думные и ближние люди, окольничьи, стольники и прочие приближенные к особе правителя. Но на этом приеме вся эта свита отсутствовала.