Командир. Трилогия

И если золотые и серебряные монеты, которых взяли 12 000 хорезмийских золотых дирхем и 17 000 персидских золотых ашрефи, 31 000 хорезмийских серебряных таньги и 25 000 персидских серебряных тенги. Иное золото, серебро, драгоценные камни в посуде и ювелирных изделиях, разнообразные товары, то есть не живая добыча легко переваливалась экономикой анклава. То живая - скот, пленные и их семьи создали проблему. В середине зимы семьи пленных и их скот не возможно было перегнать ближе к анклаву, кормов для животных могло, скорее всего, не хватить.

Не смотря на заранее заготовленные излишки сена. Оставить на месте, имеется возможность, что попытаются сбежать. И если даже не сбегут, то без мужских рук к весне хозяйство будет сильно порушено. Отпустить в семью табунщиков, так 100% сбегут. Просто откочуют к перешедшим на сторону Исмаила мурзам и все. Не будешь же из-за них, рвать сложившееся неплохие отношения с новым бием. Вывод был найден, как всегда при общем сборе. Вместе с семьями пленных перешло и их имущество, в которое входили и рабы. Рабов как всегда освободили, перевалив их работу на 'свободных' и 'свободолюбивых' ногаев и ногаек. Среди рабов было много русских, которых тут же взяли в оборот, и большинство их согласилось остаться работать в анклаве, рабочие свободные руки были нужны. Но среди освобожденных рабов имелись и старики и калеки, которые влачили жалкое существования в кочевьях, живя впроголодь, ходя весь год в каких-то отрепьях и выполняя самую грязную и неприятную работу. И то над ними всегда висела угроза смерти от хозяина. При любом ухудшении положения степняков этих рабов могли убить или просто выгнать из становища в степь на смерть. Вот и решили отмыть, подлечить, подкормить таких людей и назначить их старшими в становища, можно было и желательно группами по два-три человека, с установлением между ними строгой иерархии. И пригляд есть и спуску своим бывшим хозяевам они не дадут. Но самим старикам и калекам не справится с работой табунщика и иной хозяйственной деятельности по становищу из-за своего физического состояния. Вот и предложили холопам мужикам, ливонским полоняникам, работающих в шахтах, карьерах, кирпичных заводах, перейти на другую работу. Переселиться в степь на освободившиеся места и взять в жены, оставшихся без мужей ногаек.