Командир. Трилогия

Староста активно и громко возражал, ссылаясь при этом на Всевышнего и то, что устье Клязьмы ни в коем разе не входит в территорию данного поселения и соответственно в его юрисдикцию. И предлагал обратиться к ближайшему воеводе, в Нижний Новгород. Видимо купцам обращаться за правдой в воеводский суд было как-то не совсем удобно и они продолжали настаивать на своих требованиях. Постепенно увеличивая силу голоса и убойность приводимых аргументов, которые сильно напоминали Мечеславу и Георгию те слова, за произнесения которых вслух в общественном месте, в 20 или 21 веке, можно было получить 15 суток за мелкое хулиганство.

Особо упорствовал и проявлял активность один из купцов, крупный, выше среднего роста, с аккуратно подстриженными бородой и усами пшеничного цвета, на вид около сорока лет, одетый в расстегнутый овчинный тулуп из-под которого виднейся зипун зеленого цвета, украшенный синими и красными вошвами. Видя, что если и дальше беседа пойдет в том же русле и в той же тональности, то бедного старосту максимум минут через десять будут бить, Черный решил вмешаться.

- Здравствуй люд православный! - громко крикнул полковник.

До этого увлеченные беседой и не следившие за окружающей обстановкой, спорщики замолкли и как по команде обернулись и уставились на отряд кованой конницы, стоящий в каких-то пяти-шести метрах за их спинами.

- А кто будет старостой этой деревни? - продолжил Мечеслав.

- Я буду староста боярин - поклонившись сообщил мужик, ранее определенный Черным как старостой.

- Как тебя зовут?

- Аристарх крещен боярин.

- Иди за мной, спросит с тебя нужно кое о чем. - направив коня в сторону от группы спорщиков произнес Черный.

Аристарх с застывшим на лице смешанным выражением страха, уныния и покорности, побежал за конём боярина.

Черный не стал долго гнать старосту. Отъехав метров двадцать от спорщиков, он задал интересующие его вопросы.

- А скажи-ка мне Аристарх, что хотят от тебя сии почтенные мужи - поворот руки в направлении оставленной старостой компании.

- Дык безвинно обвиняют меня боярин это гости.

- В чем?

-Требуют, чтобы деревенька наша возместила им ущерб за тятей. Место то нам не принадлежит и отвечать мы за тятей придорожных не можем.

- А если я баб и мальцов Ваших сейчас до тятей побитых сгоняю? Посмотрим, сколько баб по родным взвоет.

Есть попадание, ишь как глазки-то вверх побежали, дожимаем.

-Так как староста. Сгоняем.

- Дык что с бабы дуры взять боярин. Она и живого-то чужого увидит вой подымить, а тут мертвый.