Хватай Иловайского!

"

"На задней стороне двора, за конюшней, стояло кособокое новомодное сооружение, типа сортир французский. Саму идею такого «домика» на Руси знали давно, а вот «архитектурный дизайн» скорее был устроен по немецкому образцу, хотя название всё ж таки прижилось французское. Конкретно вот этот сортир ставили наши казачки-плотники в числе ещё десяти штук на нужды полка. Не слишком много, ну да вроде и не у всех сразу диарея, верно? Интересно только, каким образом мы попадём в Оборотный город, ведь не нырять же в…

— Ну чё, кто первым нырнёт? — Упырь гостеприимно распахнул передо мной засиженную мухами дверь.

Я пристально посмотрел в его бесстыжие гляделки и качнул чубом — ты первый и будешь.

Шлёма ухмыльнулся:

— Недоверчивый вы народ, казаки, чё хвост поджал-то? Не боись, выпрыгнешь на той стороне и пахнуть не будешь.

— Всё равно ты первый.

Он легко отодрал две доски с пола, увеличивая дыру до своих размеров, подмигнул мне и, не разбегаясь, сиганул в зловонную жижу башкой вниз, только хлюпнуло. Я успел отпрыгнуть в сторону, увернувшись от брызг.

Постоял, подождал, не выпрыгнет ли мой проводник обратно? Не выпрыгнул. Будем надеяться, что это действительно очередной проход под землю.

В Оборотный город можно попасть десятком разных проходов, он широко раскинулся во все стороны, и дороги из него ведут аж до стольного Санкт-Петербурга. И таких Оборотных на великую Российскую империю штук двенадцать-тринадцать, не менее, все раскинули свои щупальца под землёй, и во всех своя, местная, нечисть окопалась.

Кого там только нет… А к чему это я? А к тому, что повторять Шлёмин подвиг у меня на сей момент не было ни охоты, ни желания, ни настроения. Может, как-то иначе, может, я быстренько араба оседлаю и на кладбище, а там привычным путём, через могилу? Я тоскливо обернулся и чуть не поседел…

Из-за соседнего плетня точнёхонько на меня, прямой наводкой, смотрело чёрное дуло небольшой чугунной пушки! Некто в невообразимой широкополой шляпе с оплывшими огарками свечей по тулье как раз опускал палочку с горящим фитилём.

Одним движением я выхватил засапожный нож, с колена метнув его в пушкаря. Попал в плечо! Что не остановило негодяя, но дало мне возможность в два прыжка ласточкой нырнуть в жёлто-коричневый зев сортира ровно за секунду до выстрела.

— Чё задержался-то? — спросил румяный добрый молодец, помогая мне встать на ноги.

При падении я больно треснулся задом о булыжную мостовую, хорошо хоть ещё копчик не отбил. Шлёма принял мою протянутую руку.

— Спасибо.