Хватай Иловайского!

Такие страшные, крупные, лысые… И один из них топчется сейчас у ворот нашей конюшни, зыркая по сторонам загнанным взглядом.

— Шлёма?

— Спасибо, что признал, не погнушался.

— Упырьская морда?!"

"— И вам от всего сердца здрасте, дядя Прохор, — в пояс поклонился мой вынужденный приятель по несчастью (несчастьям!) в Оборотном городе. — Дело до тебя, Иловайский! Беда у нас — Моньку казнят!

— За что?!

— За бегство, переодевание и гастрономический обман населения. А он ить тока ради тебя и старался, казачок… Я-то насилу вырвался да убёг, но Моню… другана мово закадычного… не уберёг…

— Ты не уберёг — твоя проблема.

— А что Хозяйка, не заступится? — Не обращая внимания на ворчание Прохора, я достал пистолеты, рассовывая их за пояс.

— Чё ж сразу Хозяйка-то… — развёл руками Шлёма. — Хозяйка, она, конечно, баба авторитетная, да тока в симпатиях к нашему брату особо не замечена. Это на тебя она неровно облизывается, а мы… Эх, пропадай, брат Монька, ни за ломаный грош! Пойду, может, и мне какой кусочек перепадёт.

— Другана своего жареного жрать будешь?

— А чё, и буду! — возмущённо вскинулся упырь, блестя мокрыми глазами. — Монька добрый был, сердцем мягкий, поди, и мясо нежное получится. Слезами обливаться буду, а как же не жрать-то?! Традиция-с… Сами-то небось в церкви плоть и кровь Христову трескаете.

— Ты чего с кем сейчас сравнил, морда твоя небритая, харя недобитая?!! Да я ж тебя собственными руками понесу до уборной, ткну туда башкой вздорной…

— Прохор, найди мне сбежавшего чиновника, — попросил я, встревая между ними, пока дело не дошло до драки с летальным концом. — Шлёма, веди давай. Времени у меня мало, поэтому двигаем самой короткой дорогой.

— Переоделся бы сначала, — пробурчал мой денщик, щупая меня за рукав. — Малость просох, но на ветру просквозит, ровно Мурзика в марте. Будешь потом, как и он, мяучить, что женихалку проветривал да передержал, она и скрючилась…

— Прохор!

— Чего? Я ж не о тебе сейчас думал, твоё ты благородие, а о Катеньке твоей ненаглядной сострадал. На кой леший ты ей отмороженный сдался…

Пришлось плюнуть, стиснуть зубы и пойти переодеться.