Хозяйка замка Эдвенч

Как я и боялась с вечера, встретила меня только хмурая Хейзел, которая буркнула:

-- Свезли уже на погост…

Глава 39

Два дня Белка не ела…

В первый день, когда я только привезла ее в дом маркиза, я только там внимательно рассмотрела, что за чудо мне досталось. Молодая, думаю, года полтора-два, размерами чуть меньше пекинеса, с узкой лукавой мордочкой и очень пушистым хвостом. Стоячие ушки с неким подобием кисточек. Понятно, почему хозяйка назвала ее Белкой.

Она была худенькая, даже тощая, грязная, но, на удивление, без блох и клещей.

Только длинная шерстка местами свалялась в колтуны. На шее у собачонки остались растертые следы от грубой веревки. Это была девочка.

Думаю, пока тетка Мажина не заболела, собачка жила в доме, а уж в большую, не по размеру, холодную будку выкинула ее Хейзел. Вряд ли старая травница могла спорить с хабалистой сиделкой.

Вечером я с помощью Дебби и улыбающейся Мэри отмыла Белку в теплой воде, выстригла колтуны и, пожертвовав одним из своих гребней, расчесала длинную пушистую шерстку.

Собачка была то ли напугана чужим ей окружением, то ли простыла, но на подстилке у камина лежала тихонько, от еды отказалась, только жадно лакала воду и изредка, тихонько подскуливала.

-- Ничего, леди Элиз. Освоится, потом и есть начнет, – утешала меня Дебби. – Нос-то у нее холодный, значит, не больная.

Веревку, на которой она была привязана, я выкидывать не стала. Просто распустила ее на две части потоньше, выстирала и, связав в нескольких местах, сделала некое подобие шлейки.

Пусть не слишком красивое, но горлышко у Белки было растерто местами до коростины, а гулять ее нужно выводить.

Мы провозились с ней весь вечер, но она отказывалась идти на контакт.

Вечер мы провозились с псинкой, и травник, написанный теткой Мажиной, я так и не открыла. Решила, что такие вещи нужно читать спокойно, без суеты.

Утром я вывела Белку на прогулку. Сперва она садилась на попу и упиралась, не хотела идти, но я ласково уговаривала ее и, в конце концов, потребность в туалете выгнала ее на улицу.

Там она трусливо присела недалеко от крыльца и почти сразу запросилась в дом. Спорить я не стала. Возможно, малышка просто намерзлась и боялась, что ее опять оставят на улице. Все же декоративные собачки не предназначены для такой жизни. Я погладила ее по мягкой шерстке, а она пугливо присела и опять чуть заскулила.

Увы, долго возится было некогда. Оставив Белку с Дебби и наказав покормить ее, я быстро переоделась и отправилась в храм.