Казачий адмирал

Говорят, бывший гетман Войска Запорожского покаялся ему, попросил прощения за убийство единоверцев в Московии и предложил восстановить Киевскую митрополию, ликвидированную двадцать четыре года назад, после заключения Брестской унии. Патриарх пока не соглашался. Наверное, ждал, как отреагирует польский король.

Я бы поверил, что Петр Сагайдачный действует искренне и во благо всего казачества, в чем запорожцы не сомневались, если бы не знал о его пламенном желании отомстить полякам за прошлогоднее унижение. Тем более, что на Базавлук вернулись несколько человек из его свиты и начали в один голос рассказывать, сколько добычи можно захватить в Варне.

Наш налет на предместья Стамбула наверняка разозлил молодого турецкого султана. Следующая оплеуха, да еще такая звонкая, как захват большого города, должна подвигнуть его на симметричный ответ. Причем достанется именно полякам. Не столько потому, что казаки считаются подданными польского короля, сколько потому, что поляки ближе, нападать на них удобнее и добычи будет больше. Да и казакам принадлежит всего один городок Трахтемиров, который ни в какое сравнение с Варной не идет, и принадлежит реестровым казакам, которые в наших морских походах участвуют, но в небольших количествах и по личной инициативе.

Пока я плавал домой, отвозил добычу и нанимал косарей и молотильщиков для покоса и обмолота пшеницы, запорожцы приняли решение идти на Варну. Хотя у меня с этим городом были приятные воспоминания, я не нашел сил отказаться от похода. Прошлогодняя встреча с голландскими капитанами разбередила мне душу.

Появилось желание поскорее перебраться в Нидерланды. И ведь понимал, что самое большее через год меня там много что начнет раздражать. Так уж устроен русский человек — его постоянно тянет в Западню Европу, чтобы почувствовать там, что дома лучше.

В Черном море бушевал шторм. Летом оно редко штормит. В жару и я не люблю перенапрягаться. Два дня мы отсиживались в Днепро-Бугском лимане. Казаки высадились возле руин Очакова, пожгли новые постройки, погоняли жителей.

Добычи там серьезной не могло быть в принципе. Так, размялись, убили время и несколько человек."

"Варна, как и большинство европейских городов, разрослась, вылезла пригородами за крепостные стены. Теперь за их пределами жило не меньше народа. По заверению купцов, здесь около четырех тысяч жителей и гарнизон человек триста. Варна опять глубокий тыл, поэтому много солдат здесь не держат. За пределами крепостных стен появилось несколько трехэтажных домов.