Кардонийская рулетка

И пусть столичные бюрократы лебезят перед землеройками в попытке «найти приемлемый выход из кризиса» — пусть! Армия и простые ушерцы думают иначе, а значит, сенату придется прислушаться!

— Кира!

— Драмар!

Полковник Накордо ждал девушку во дворе: нервно курил, сидя на лавочке в тени платана, и вскочил, едва Кира появилась в дверях.

— Как все прошло?

— Взыскание и обещание суда. — Девушка поправила фуражку. — Все в порядке.

— От должности отстранили?

— За что?

— Согласен — не за что, — с облегчением рассмеялся Накордо.

— Не отстранили.

— Вот и славно.

Они вышли за ворота и медленно, прогулочным шагом направились по набережной в сторону порта: рыжая девушка и высокий черноволосый мужчина с орлиным носом и крупным волевым подбородком, украшенным тонкой, словно нарисованной бородкой. Темно-синие мундиры, золотые погоны и наградные планки: у девушки только за отличия в подготовке, у Драмара — еще и боевые.

— Штабные велели продемонстрировать неудовольствие, и Хоплер честно орал на меня двадцать минут.

— Да ну?

— Я тоже не ожидала. Всегда считала Хоплера занудой.

— Я был с бригадиром на Менсале, и поверь: Хоплер не зануда, — негромко произнес Накордо. — Но Вестербильда он оскорбил напрасно.

— Что? — изумилась девушка.

Все пилоты… да что пилоты — вся база единодушно поддержала поступок Киры. Все сходились во мнении, что девушка действовала правильно, а наиболее горячие головы честно признавались, что не удержались бы от настоящей атаки, от крови.

— Почему напрасно?

— Утром Хоплер получил секретный пакет из Тахасы: принято решение выдавить землероек с Валеманских островов.

— Правда?!

— Тихо!

— Извини. — Кира вцепилась в рукав Драмара. — Когда?

— Вечером твой приятель Вестербильд возвращается в столицу, а завтра к нам прилетит адмирал Даркадо, чтобы лично проинструктировать офицеров.

— Чудеса!

Слухи о том, что «решение принято и завтра в бой», ходили с самого инцидента, но всякий раз, к огромному разочарованию военных, оказывались ложью. Однако Накордо был замполетом — заместителем бригадира по летной части — и зря языком не трепал. Особенно — Кире.

— Так что готовь машину, коммандер, будет работенка."

"— Наш первый бой, — улыбнулась девушка.

— Твой первый бой, — отозвался Драмар. — Не наш.