Кардонийская рулетка

Мужчина выходит первым, подает даме руку. Она что-то говорит. Они улыбаются.

И Лайерак улыбается, на ходу расстегивая саквояж и доставая «Брандьер».

Полицейские отдают честь.

Встречающие начинают громко говорить, они мрачны и совершенно растеряны. Наверное, рассказывают о том, что натворил Шо. Но посланник не успевает ответить.

Первый выстрел.

Первый крик. В нем больше удивления, чем страха.

Полицейские и телохранители еще ничего не понимают, встречающие разевают рты, дер Саандер поворачивается.

В толпе четыре парня с револьверами, и потому за первым выстрелом сразу же звучат три. А потом снова четыре, на этот раз залпом. Кто-то из телохранителей падает, кто-то прячется. Встречающие бросаются прочь, полицейские лезут в толпу. А молодой посланник закрывает собой жену.

Пытается закрыть.

Бесполезно.

Лайерак с наслаждением выстреливает в каатианца из «Брандьера» и громко смеется, когда мощный алхимический снаряд швыряет жертву на лестницу.

— Нет!

Женский крик. Пронзительный, однако его заглушает дикий вопль вспыхнувшего факелом мужчины.

— Фредди!!

Но от горючей смеси не отмыться.

Вопли, выстрелы, вопли — музыка огненных представлений. Трещат револьверы, но подлинная красота происходящего не в них. Револьверы обрамляют явление «спичек», людей-факелов, людей огня… Огонь очищает. И неслучайно именно в огне рождается Новый Герметикон. В муках и с воплями.

В огне."

"Лайерак стреляет в женщину, а затем — в убегающего полицейского.

«Всякая власть преступна!»

Площадь плавает в панике. А еще в боли и крови, но это нормально: боль и кровь сопровождают любое рождение.

«Всякая власть должна быть уничтожена!»

Ответные выстрелы телохранителей становятся прицельнее. С дальнего края бегут полицейские, скоро их будет очень много. «Брандьер» дважды бьет в лимузин, а потом, последние три заряда — в толпу.

А потом помощники тянут Отто в переулок, к машине.

— Я изменил мир!!

На ступенях Дворца пылает молодая пара.

— Вы слышите? — смеется Лайерак. — Я только что изменил мир! Я только что создал Новый Герметикон!

* * *— Они стреляют? — дрожащим голосом осведомился Йорчик.

— Ага, — подтвердил Мерса, бросив на профессора веселый взгляд.