Кардонийская рулетка

 — Обстановка приедается, возникает усталость от однообразия, а мессер, как вам известно, знаменитый путешественник, не привык сидеть на одном месте… Вам ведь известно, что мессер обожает путешествовать?

— Ну… да, — подтвердил Акуторо.

— И что вы будете делать, если мессер соберется уехать?

— Э-э…

Теоретически директор тюрьмы знал, что должен будет делать, но не был уверен, что описанные в уставе и должностных инструкциях шаги вызовут понимание у окружающих. Особенно — у лингийских военных.

— Я рад, что вы со мной согласились, — провозгласил Бабарский.

— С чем? — растерялся Акуторо. За разговором он сам не заметил, что оказался на втором этаже, у «лучших» камер унигартской тюрьмы, предназначенных для шалопаев из золотой молодежи.

Помещения были недавно отремонтированы и содержались в чистоте, однако не произвели на нахальную парочку особенного впечатления.

— Комната, прямо скажем, небольшая, — резюмировал Бабарский, оценивающе разглядывая тридцатиметровую залу. — Может, вышибем стену и соединим ее с соседним помещением?

— Вышибем стену? — У директора задергалось веко.

— Несколько часов работы.

— Не надо ничего ломать, — решительно произнес Валентин. — Мессер готов к испытаниям.

— Слава святой Марте, — выдохнул Акуторо. Но тут же вновь похолодел.

— Здесь обустроим спальню.

Тон Теодора не оставлял сомнений в том, что продолжение обязательно последует.

— Следующая комната… — Валентин заглянул в глазок очередной камеры, не сдержал изумленного кряканья и повернулся к директору тюрьмы: — Кто это?

— Заключенные, — язвительно сообщил синьор Акуторо.

— Необходимо удалить, — категорически заявил Теодор.

— Куда?

— Куда-нибудь прочь. Мессер не захочет их видеть, слышать, нюхать и… И вообще знать, что они тут есть.

— Что вы себе позволяете?

Но адигенский камердинер продолжил прерванное явлением заключенных перечисление:

— Следующая комната справа — туалетная, за ней гостиная и столовая…

— Не так быстро, — попросил Бабарский. — Я не молод, мне трудно запоминать с той же скоростью, с какой ты говоришь.

— Я буду жить в комнате, что примыкает к спальне мессера слева.

— Вы будете здесь жить? — окончательно растерялся Акуторо.

— А как же иначе? — Теодор, покачал головой, ярко демонстрируя охватившее его удивление, и безапелляционно продолжил: — После того как мессер ляжет спать, ваши люди должны соблюдать полнейшую тишину.

— До подъема?

— До момента пробуждения мессера, — уточнил Валентин.