Кардонийская рулетка

Только их выдергивала из черного кофе ложечка резкого света, но выдергивала лишь для того, чтобы бросить на съедение голодному паровозу. Летящему сквозь тьму гиганту, обожающему поглощать разложенные на земле лесенки.

Но паровоза не видно — его растворил в себе кофе, а прожектор бил из лба, оставляя гиганта в тени. Паровоз гудел, стучал, дарил скорость, но не показывался, спрятавшись в черном кофе вместе с полями, горами, лесами, мостами и станциями. Паровоз не существовал, а казался, и все вокруг — тоже. И трудно было отделаться от мысли, что по лесенке шпал и рельсов мчится один только свет.

Нематериальный.

Чудом зародившийся в черном безвременье ночи."

"Но Малькольм Фрей доподлинно знал, что это не так. Что в действительности за спиной гиганта — настоящего, взаправдашнего, существующего гиганта! — тянутся долгой змеей тяжелогруженые вагоны. А вокруг двухколейной дороги, принадлежащей «Северным Чугунным Путям», расстилаются поля и леса, что мир есть, а разлитый по нему кофе скоро исчезнет.

— Слышал новость: ушерцы хотят ставить на локомотивы рации. — Скотт, вот уже семь лет бывший бессменным помощником Фрея, прочитал об этом еще два дня назад, но позабыл, и только сейчас, глубокой ночью, припомнил интересную тему.

— Рации? — переспросил машинист, поправляя форменную фуражку.

— Как на корабли.

— Зачем?

Консервативный Фрей был полностью доволен существующим положением вещей и не видел необходимости в изменениях. Новомодным рациям, которые чаще ломались, чем работали, Малькольм не доверял, отдавая предпочтение старому доброму телеграфу.

В ответ Скотт пожал плечами:

— А вдруг в дороге что случится? Мост, допустим, рухнет или путь повредится?

— Если впереди сейчас мост, допустим, рухнул или путь повредился, — передразнил приятеля Фрей, — то нам от рации толку не будет, мы все равно затормозить не успеем: ухнем с этого моста — и до свидания.

— Типун тебе на язык, — быстро произнес Скотт. — Я ведь не то имел в виду!

— А что?

— А то, что нам по рации о мосте рухнувшем сообщить успеют.

— Кто?

— Стрелочники. Или обходчики. Мало, что ли, людей на чугунке работает?

— Людей полно, — не стал спорить Фрей.

— О том и речь, — оживился Скотт.