Кардонийская рулетка

Абедалоф тоже сумел сохранить спокойствие. Улыбнулся, утопил докуренную до середины сигару в оказавшемся на столе бокале с игристым и холодно произнес:

— Передайте своему хозяину, что ни он, ни его женщина не смогут мне помешать. Кардония будет принадлежать Компании…

— Позвольте вам представить специального посланника Эрси, маршала Гектора Тиурмачина, — провозгласил мэр и вновь попал впросак. Будучи человеком воспитанным, эрсиец дождался окончания фразы, после чего с улыбкой подошел к виновнику торжества.

— Дорогой Помпилио!

— Маршал.

На правах старого знакомца старик приобнял дер Даген Тура, прикоснулся щекой к его щеке и прошептал на ухо:

— Выглядишь лучше, чем я ожидал.

— Нога болит, — едва слышно отозвался Помпилио.

— Пройдет.

— А если нет?

— Ты заставишь себя забыть о боли.

— Пожалуй.

Простолюдинов, которым дозволялось называть Помпилио на «ты», можно было пересчитать по пальцам, и старик входил в их число. Не мог не входить, учитывая, что Гектор Тиурмачин был одним из двадцати маршалов, составляющих правящую хунту Эрси, и если не по происхождению, то уж по статусу точно был равен Кахлесам.

— Газеты обязательно напишут, что кардонийцы уронили свою честь, сбежавшись на поклон к заезжему адигену.

— Именно поэтому меня встречают как известного путешественника и называют командором, — рассмеялся в ответ Помпилио.

— Поговорим как военный с военным? — шутливо предложил эрсиец.

— На профессиональные темы.

Тиурмачин явился в алом мундире: золотые погоны, аксельбанты, церемониальный кинжал — при полном параде.

— Что ты здесь делаешь?

— Приехал на выставку, — спокойно ответил старик. — Присматриваю новинки для армии.

— Совсем как я.

— Удивительное совпадение.

— Случайность.

— Я верю в случайности гораздо больше, чем в умысел. И еще я верю, что нужно дать каатианцам шанс.

— Такой задачи передо мной не ставили, — честно ответил дер Даген Тур.

— Вот и славно, — с облегчением произнес маршал. — Нужно будет пообедать как-нибудь…

Музыка неожиданно стихла, и раскрасневшийся мэр громко объявил:

— А теперь, добрые синьоры, — главный сюрприз вечера! Поприветствовать нашего гостя…

В следующий миг его слова потонули в грянувших аплодисментах и восторженных выкриках.