Капучинка

— Лик, я… — вздохнул парень, прекрасно помня причину, почему она угнала его Вейрон.

— Давай начнем все сначала? — вдруг предложила Лика, и протянула руку, — Привет. Меня зовут Малика Рыжкова. Мне восемнадцать. Я занимаюсь танцами. И вскрываю тачки по заказу продвинутой компании.

— Привет, — губы Игната растянулись в широкой улыбке, он отпил шампанское, оставив в фужере пару глотков, — Игнат Чертинский. Мне двадцать три. Я много чем занимаюсь, а еще люблю одну замечательную девушку.

— Ей должно быть очень повезло, — лукаво улыбнулась Лика.

— О нет, ей можно только посочувствовать, — наигранно горестно вздохнул парень.

— Ты все врешь, Игнат Чертинский! — задорно проговорила Лика, коротко поцеловала парня в губы, осушила свой бокал и выдохнула, — Я хочу танцевать!

Игнат только громко рассмеялся. Отыскав пульт, включил стерео-систему. Комната наполнилась тягуче медленной композицией.

— Ооо, — широко заулыбалась Лика, — Кто-то готовился?

Игнат выразительно изогну бровь.

— Пилон установят на днях.

— Жесть, — Лика показала парню язык, — Врубай что-нибудь повеселее!

Звуки самбы полились из колонок, и Лика подскочила на постели.

— Пора испытать кроватку на прочность! — заявила она и принялась прыгать на матрасе, Игнат поперхнулся, когда допивал остатки шампанского. Нет, он собирался конечно, испытать кровать, но не таким образом.

Лика тем временем не на шутку разошлась, прыгая, подпевая и дурачясь. Игнат не мог смотреть на это безобразие серьезно. Хохотал, лежа на постели и смотря на чертовку снизу вверх.

— А я никогда не пила шампанское из горла, — вдруг вспомнила девушка, и дернула бутылку из ведерка со льдом, отпив, Лика поморщилась, — Нет. Бред. В фильмах все изящнее, а я облилась.

Лика хотела стереть рукавом сладковатую жидкость с подбородка. Не спела. В одно мгновение Игнат опрокинул ее на постель спиной. И прошелся ртом по капелькам шампанского.

— Ты правда меня любишь? — вдруг серьезно спросила Лика.

— Безумно, окончательно и бесповоротно, — словно клятву прошептал Игнаша.

"Лика поняла, что вот-вот расплачется. Обхватила его лицо ладонями, потерлась носом о его нос. Улыбнулась сквозь слезы.

— Однажды я загадала желание под бой курантов на Новый год, — тихо призналась Лика, — Чтобы ты стал моим. Я любила тебя и ненавидела, потому что для тебя я была другом, сотрудницей, крестницей твоих родителей. Кем угодно, только не девушкой. Любить безответно больно. А потом я перестала.

Игнат зажмурился.